Милаха

Вернусь только во вторник или даже в среду, так что радуйся свободе! – Помолчала, наблюдая, как скользят туда-сюда, смахивая последние капли дождя, «дворники» – И это, Макс… Не говори Денису , что я к Лёшке ездила, ладно?

Он довольно долго молчал, прежде чем ответить, и это было понятнее любых слов.

– И не собирался.

– Да ладно… – устало отмахнулась я, – думаешь, я не понимаю, на кого ты на самом деле работаешь? Круто, конечно, что мы с тобой так спелись по мелочам, но уверена, что в чём-то серьёзном ты против него не пойдёшь, и если прямо спросит, врать не станешь. Но здесь ничего такого и нет, правда! Твоя совесть, если что, может быть спокойна. Просто… – задумалась, сама толком не понимая, что же «просто»… – Просто Лёшка в каком-то смысле из-за меня решил в армию пойти, а я могла бы попытаться отговорить, но не стала. А теперь… – и вздохнув, отвернулась к окну.

Сквозь в клочья разодранную тучу неожиданно грянуло солнце, и запотевшее стекло тут же стало похоже на мутную ледышку. Я машинально вывела на нём сердечко, заботливо стёрла серединку и залюбовалась тем, как свежа и светла улица, проглянувшая в это оконце…

– Ну а что теперь-то? – глянул на моё художество Макс. – Если из-за тебя пошёл, то ради тебя и вернётся. Тут уж без вариантов.

Я кивнула.

– Как думаешь, какая сейчас погода в Москве?

Макс не ответил, а мне и не надо было. Спросила так, лишь бы дурацкую паузу заполнить.

А ведь он действительно нормальный пацан и, пожалуй, именно то, что нужно Ленке…

Глава 35

Мои «девочки» словно с ума посходили. Как будто можно за один раз натренироваться на неделю вперёд! Тем более что на время нашего отъезда, в Олимпе оставался Бородин, и абонемент можно было выхаживать, занимаясь в тренажёрке. Но они хотели ещё и ещё. Они просили больше упражнений на пресс, больше растяжки, больше бестолковой болтовни после тренировки. А это всё – время! И почему я не умела им отказывать?"

"Вот Галина Николаевна, например, успевала два раза в час пить чай из ромашки. К ней клиентки сами стучали в тренерскую и, размахивая тетрадным листочком с написанной на нём программой на сегодня, уточняли, как делать то или иное упражнение. Она показывала и снова садилась на диванчик, листать журналы. Нет, конечно, иногда она выходила в тренажёрный зал, окидывала всё и всех внимательным взглядом, давая понять, что она рядом… и снова уходила в тренерскую. И надо мной посмеивалась, убеждая, что не обязательно отрабатывать программу от звонка до звонка. Что я могу просто ходить между «девочками», наблюдая, как они впахивают, и только иногда «вставать к станку» и делать что-то вместе с группой. Но я так не могла – совесть начинала мучать.