Михаил Карпов

В этом времени нельзя без часов – это у нас я привык шастать с сотовым телефоном, где есть все, что нужно человеку для жизни, – от часов до калькулятора. Здесь все иное.

Хм… почти пещерный век… хе-хе-хе… К прогрессу привыкаешь быстро – отвыкать трудно. Это для Зины цветной телевизор – что-то прогрессивное, новое, классное! А для меня – утиль. Еще не антиквариат, но и не «плазма».

У подъезда на скамеечке сидели три старухи самого что ни на есть вредного типа – подслушивающие, подглядывающие, оценивающие. Вчера, когда мы приехали, никого не было – видимо, они как раз отошли на сиесту. Или на ужин. Или на проедание мозга домочадцам. Так что нас они не заметили. А вот сейча-а-ас… это было шоу! Они горели охотничьим азартом, разглядывая то Зину, наряженную, как с картинки журнала мод, то меня – всего такого мачо со шрамом на щеке и в белых штанах!

Кстати сказать, Зинаида выглядела моложе меня, а я ведь всегда выглядел моложе своих лет! Интересно, как ей это удается? Косметика? Ну как вот из той скрипучей, резкой бабки вдруг проклюнулся прекрасный лебедь?! Нет, женщины – точно все ведьмы! Если не все, то часть из них – точно!

Легкая плиссированная юбка чуть ниже колен, легкая белая блузка и, как вишенка на торте, соломенная шляпка на голове. Очки она сняла, положила в сумочку и вышагивала на своих высоченных каблуках, как по подиуму. Просто отпад!

– Глянь, глянь, Семеновна, ты посмотри… Зинка-то! С хахалем! Да с молодым каким! И юбка-то, юбка! Того и гляди, жопу будет видать! Ай бесстыдна баба! В ее-то годы!

Слух у меня отличный. Годами натренированный. Но у Зины, похоже, слух не хуже, – она схватила меня за руку, когда я было дернулся сказать бабкам что-то едкое, и, слабо улыбнувшись, бросила на ходу:

– Настасья Семеновна, доброе утро! Галина Петровна, Мария Александровна!

Бабки все дружно и так же нарочито сладко поздоровались, а мы пошли дальше, пронзаемые взглядами вредных старушенций.

Зина вдруг захихикала и тихонько сказала:

– Представляю, сколько будет разговоров! И вырядилась, как молодая, и с молодым любовником, и вообще… пропащая баба! Даже приятно! Давно так не хулиганила! И старухам приятно – будет о чем поговорить! А то одно и то же, одно и то же!

Я вдруг остановился и ошеломленно посмотрел на свою спутницу, широко раскрыв глаза и подняв брови. Она тоже остановилась, пройдя по инерции два шага, и недоуменно спросила:

– Ты чего? Чего застыл? Пойдем, вон уже мой гараж. Забыл, где он? Сейчас ты поведешь, ты же умеешь! Так что будешь меня возить. Отрабатывать, так сказать. Будешь моим личным водителем! Эй, ну ты чего так вытаращился?!

– Я понял! Я понял, кого ты мне все время напоминала! Мишель Пфайффер! Точно! Вот же я болван! Ты ее копия! Или она твоя… это как посмотреть.