Месть тигра

Рано или поздно ты это усвоишь, и весь наш мир пострадает из-за твоей наивности.

– Мы не тираны. Мы не ты, – выплюнул Саймон. – Мы не убиваем невинных животных, которые просто хотят защитить родных. Мы не казним всех, кто с нами не согласен. Даже тебя ждёт справедливый суд, Вадим. Но когда придёт время, мы позаботимся, чтобы весь мир в подробностях знал о твоих преступлениях, и… Шарлотта, нет!

Саймон бросился к ней, но было поздно. Клинок прошёлся под грудью Вадима, скользнув в узкую щель брони, и бывший Хранитель широко распахнутыми глазами уставился на кровь, хлынувшую из его живота.

– Это тебе за сестру, – сглотнув, сказала Шарлотта, а в её глазах встали слёзы.

– Шарлотта… – Саймон шагнул ближе, пошатываясь, но он с трудом стоял на ногах. – Шарлотта, пожалуйста, не надо… Нельзя убивать его без суда…

– Он не заслуживает суда, Саймон. Ты сам это понимаешь. – Она провела лезвием по его ногам, и Вадим, вскрикнув, упал на колени. – Это тебе за отца.

– Шарлотта… – Саймон сглотнул, но он не мог ей помешать. Краем глаза он видел, что Нолан сел, но и он не пытался её остановить.

– А это за Лео, – сказала она, проводя ножом по второй ноге. – И за Цяна, и за Фахари, и за Ивонну, и за Габриэля. – Она воткнула ему нож в руку, и Вадим издал вопль, от которого волосы у Саймона встали дыбом. – Это за животных, которых ты убил в Африке и Китае… за животных и людей, которых ты убил на Амазонке… за животных, которых ты бросил умирать на Лазурном острове… за Одичалых… за всё, что из-за тебя пережила мама… за всё, что из-за тебя пережила моя семья…

Её клинок опускался снова и снова, оставляя на коже глубокие и болезненные, но не смертельные раны. И только когда крови натекло столько, что Вадим побелел, будто бумага, Шарлотта схватила его за короткие волосы и запрокинула голову назад.

– А это, – сказала она, приставив клинок к его шее, – за моего брата.

И Саймону оставалось лишь с беспомощным ужасом наблюдать, как Шарлотта медленно проводит ножом по горлу Вадима, решая его судьбу. Вадим зашёлся в беззвучном крике, и когда клинок Шарлотты закончил своё страшное дело, он рухнул в лужу собственной крови, устремив взгляд на Саймона в последней мольбе – будь то о помощи, о прощении или пощаде.

Саймон не знал, но это было не важно. Всё было кончено, и Саймон не сводил с него взгляда, пока свет в голубых глазах не погас. Вадим Сергеев умер.

Глава 33

Хладнокровный расчёт

Следующие три полных дня Одичалые, Наследники и североамериканские солдаты посвятили наведению порядка на улицах Аништадта.

Под руководством Катарины и мамы Саймона Хьюго обучил команду сапёров, чтобы обезвредить взрывчатку, заложенную Верховным Советом почти на всех подходах к Цитадели.