Порочная месть

Я снова закрываю глаза и перед тем как провалиться в сон, успеваю подумать: «Ну по-крайней мере, Баз мне сочувствует»

Из полубессознательной сонливости меня выводят непривычно громкие звуки: свист закопавшихся в землю покрышек, шлепки открывающихся автомобильных дверей, быстрый топот ног и глухой удар, от которого начинают вибрировать стены. Уперевшись нетвердыми руками в настил, поднимаюсь и, подтянув колени к груди, с колотящимся сердцем смотрю на закрытую дверь. Я до конца не понимаю, что означает происходящее для меня, но это не мешает лучам надежды вновь вспыхивать в груди. Возможно, брат позвонил в полицию и они выследили моих похитителей. Возможно, даже пришел за мной сам.

Из-за стены доносятся звуки борьбы, за которыми следует приглушенный мужской стон, и я невольно жмурю глаза и вжимаю лоб в колени. Пожалуйста, пусть кто-нибудь меня спасет. Кто угодно.

От оглушительного пинка в дверь я дергаюсь и неожиданно для себя начинаю тихо плакать. Словно удар пришелся не по дереву, а по моим превратившимся в лохмотья нервам.

— Она здесь. — доносится сквозь грохот сердца знакомый голос. Я быстро моргаю, стирая запястьем слезы, и мутное пятно постепенно обретает очертания. Рядом с покачивающейся на одной петле двери в камуфляжных штанах и массивных армейских ботинках стоит Прайд. Я моргаю снова, чтобы убедиться, что человек, появившийся рядом с ним, — не плод моих галлюцинаций от истощения и обезвоживания, и слезы начинают катиться еще сильнее. Потому что мне не привиделось. Из дверного проема ко мне быстрым шагом направляется Кейн, и почему-то в этот момент я думаю, что никогда не видела, чтобы он быстро ходил. В его движениях никогда нет спешки, словно он всегда знает, что его готовы ждать.

Кейн отпихивает ногой стоящую на полу тарелку с едой, от чего она с глухим стуком ударяется в стену, и быстро опускается передо мной на колени. Поймав мой заплаканный взгляд, убирает прилипшие пряди волос с лица, и его челюсть едва заметно сжимается.

— Как меня зовут? — его голос спокойный и твердый, глаза смотрят сосредоточенно."

"От постепенного осознания, что все происходящее не сон, а у меня еще есть шанс увидеть Диснейленд, тело начинает пробивать бешеная дрожь, и речь звучит отрывисто и хрипло:

— Я знаю, как тебя зовут, Кейн.

— Уже неплохо. — Привстав, Кейн обхватывает мою талию и легко поднимает на руки. Я тыкаюсь носом в воротник футболки-поло, вдыхая его запах, легко перебивающий окружающее зловоние, и от созревшей уверенности, что этот кошмар позади, что меня нет убьет и не изнасилует толпа озверевших охранников, начинаю рыдать. Но даже этой истерике не под силу заглушить голос внутри меня, шепчущий: «Он все-таки пришел».