Мертвый сезон

 – Но мне не нравится быть в одной компании с политиками.

– А с писателями и художниками нравится? Ладно, беру политиков обратно.

– То-то же. Так я не понял, что, собственно, вы мне предлагаете?

– Это можно назвать черным пиаром, – сказал Глеб. – Не сомневайтесь, именно так это и назовут. А если по существу, это магнитофонная запись одного очень откровенного разговора. Участники – Багдасарян, Чумаков и Скрябин. Тема... Ну, сами разберетесь. Они там о многих вещах говорят.

– Например, о причинах смерти Гаспаряна. О шантаже одного высокопоставленного лица с целью протолкнуть Чумакова на пост губернатора. О... Ну, не буду пересказывать. Должны же вы получить удовольствие от прослушивания!

Оловянников нахмурился.

– Удовольствие... – повторил он. – Удовольствие я, конечно, получу. Но боюсь, в придачу к удовольствию я получу судебный иск в защиту чести и достоинства. А судиться с мэром... Ну, вы же не вчера родились!

– Не будет он с вами судиться, – возразил Глеб. – Ему сейчас не до того. Вы что, не понимаете, что я даю вам отличную возможность свалить эту сволочь раз и навсегда?

– Тоже мне, подарок, – пренебрежительно скривился Оловянников. – Одну сволочь свалишь – другая придет. И первым делом устроит мне веселую жизнь – такую, что мне небо с овчинку покажется.

– Ну, это вряд ли, – сказал Глеб. – Пример предшественника и в особенности некоторых его сподвижников многому его научит, если он не полный идиот.

– А если полный? А если у меня ничего не выйдет? Думаете, наш главный редактор станет так рисковать?

– Аллах с вами, юноша, – сказал Глеб. – Не хотите – не надо. Справлюсь без вас. Просто не хотелось брать грех на душу. Но вы правы – наверное, так будет лучше.

– Хотите сказать, что вы его... того?..

– Ну а вы как думаете? Вы же поняли, кто я такой, правда?

– Не совсем. На кого вы работаете – на конкурирующую группировку? Я знаю, что многие недовольны тем, как Багдасарян с помощью Чумакова подмял под себя весь город. И не только город. Я понимаю, что вы не станете называть имена...

– Не увлекайтесь, – сказал Глеб. – Я не подписывался давать интервью, помните? Так вы берете кассету или я пошел?

– Беру, – решительно сказал Оловянников. – А она подлинная?

– Не говорите ерунды, – сказал Глеб. – Я хочу знать, когда выйдет статья.

– Если материал того стоит, то в ближайшем номере.

– А главный редактор?

– Главного я беру на себя. Во-первых, он мой хороший приятель, а во-вторых... Ну, в конце концов, подсыплю ему слабительного. Ему не на кого оставить газету, кроме меня.

– Хорошо, – сказал Глеб. – В том, что касается вашей профессии, я вам полностью доверяю. Я читал ваши материалы, вы молодец. Но вы понимаете, что рискуете, и рискуете сильно?

– Не впервой, – сказал Оловянников. – Хотя, извините, приврал.