Скажи пчелам, что меня больше нет

Письмо начиналось без всякого обращения (Джон дал верную характеристику эпистолярным привычкам брата) и состояло всего из нескольких строк — ничего лишнего. Правда, Хэл его все же подписал.

Уж не знаю, какая кошка между вами пробежала, но вы с моим братцем явно больше, чем просто друзья. Я намереваюсь кое-что предпринять, однако если вдруг не вернусь — присмотрите за ним, пожалуйста.

Постскриптум: Не могли бы вы порекомендовать какое-нибудь смертельное снадобье? Хочу потравить крыс.

Харольд, герцог ПардлоуВнизу стояла заглавная буква «Х» — очевидно, на случай, если я не узнаю автора по титулу. Я осторожно положила письмо на буфет, чтобы перечитать, пока буду месить тесто.

Мне вдруг стало смешно, и я даже улыбнулась — хотя улыбка получилась немного нервной. Хочу потравить крыс… Ну-ну. Насколько я знала Хэла, речь шла как минимум об убийстве или самоубийстве. На худой конец — о полном истреблении грызунов в подвале дома. Что же он задумал?.."

"— Сплошные головоломки, — пробормотала я себе под нос, шлепнув вязкое тесто на присыпанный мукой стол. Хорошенько вымесила его и скатала в шар, после чего вернула в миску и накрыла влажной тканью. Затем долго стояла, непонимающе моргая, словно глупая курица, и пытаясь сообразить, что, черт возьми, затевают братья Греи. Встряхнув головой, перенесла миску на полочку возле очага, чтобы тесто быстрее поднялось, и направилась в кабинет.

— Можешь дать мне лист бумаги и приличное перо? — спросила я у Джейми, который о чем-то размышлял, откинувшись на спинку стула.

— Конечно! Держи. — Он вынул из стоявшей на столе чернильницы перо и подал мне вместе с листом тряпичной бумаги, позаимствованной у Брианны.

Кивнув в знак благодарности, я подошла к столу и написала:

Харольду, герцогу Пардлоу,

Полковнику 46-го пехотного полка,

Саванна, Джорджия

Дорогой Хэл!

Да.

Листья наперстянки. Измельчите их и сделайте крепкий отвар — или покромсайте в салат и пригласите крыс на ужин.

Ваша бывшая невестка,

К.

Постскриптум: Это не самая гуманная смерть, даже для крысы. Пуля куда более практичный способ.

Джейми наблюдал, как я пишу, без труда читая лежащее вверх ногами послание. Когда я закончила и помахала листком, чтобы поскорее высушить чернила, он удивленно вскинул брови. Я молча положила перед ним обе записки — свою и Хэла.

После прочтения его брови так и не вернулись на место. Джейми поднял глаза.

— Это всего лишь шутка, — объяснила я. — Мой совет про листья наперстянки.

Он сдержанно хмыкнул в своей шотландской манере и подтолкнул ко мне записки.

— Может, ты и шутила, саксоночка. А вот он — нет. Ни в едином слове.

124

Когда я впервые увидел Ваше лицо

Саванна

5 мая 1780 года"

"От М. А. Стаббса, отст.