Скажи пчелам, что меня больше нет

А к некоторым представительницам прекрасного пола даже испытываю искреннюю привязанность — твоя мать в их числе. Хотя сомневаюсь, что мои чувства взаимны.

У нее екнуло сердце.

— Да неужели? — пробормотала она, вспомнив продолжение тирады: Однако не ищу способов затащить их в постель. Понимаешь, о чем я?

— Теперь понимаю, ваша светлость, — сказала она в полный голос, все еще не отойдя от потрясения. Конечно, люди меняются — однако не настолько. Брианна тряхнула головой. Дыхание выровнялось, но туго затянутый лиф неприятно давил — надо бы немного ослабить шнуровку. И тут она ощутила в груди знакомое трепыхание.

— Вот черт!.. — прошептала Бри, вцепившись в края табурета, чтобы не упасть. Кровь отлила от лица, в глазах побелело. Сердце замерло. Буквально. Оно просто остановилось.

Один… два… три… ну же, черт тебя подери, давай! Брианна в панике ударяла по грудной клетке, пока сердце наконец не дрогнуло и не забилось вновь. А затем пустилось вскачь, словно заяц, убегающий от своры гончих. Дыхание перехватило, и она испуганно прижала руку к груди, ощущая под пальцами мелкую вибрацию.

— Тише, тише, угомонись… — шептала она сквозь зубы. Ведь в тот раз получилось… и сейчас получится… Но гонка все не прекращалась.

— Бри? Куда ты… Иисус твою Рузвельт Христос!

Неожиданно появилась мама; выхватила из ее руки скомканный лист бумаги и уверенно приобняла за талию.

— Сядь, — последовал спокойный приказ. — Прямо на пол. Вот так…

Мама опустилась рядом, взметнув юбки; желтоватое муслиновое облачко слабо мерцало сквозь белую пелену. Уперев руки в пол, Брианна затрясла головой, отказываясь ложиться.

— Не надо! — прохрипела она. Собственный голос казался чужим и незнакомым, хотя звучал вполне внятно. — Я в порядке. Все хорошо.

— Как скажешь.

Заскрипели доски: мама села возле нее. Послышался звук скребущей по полу деревянной кружки. Тепло… Мамина рука обхватила ее запястье, нащупывая пульс.

Что ж, удачи! — мелькнуло в спутанном сознании. И в тот же момент безумная гонка начала замедляться. Сердце на миг замерло, пропустило пару ударов и, наконец, вернулось к нормальному ритму как ни в чем не бывало.

Но кого она хотела обмануть? Подняв голову, Бри наткнулась на до боли знакомый взгляд — вдумчивый и проницательный. Взгляд цапли.

— Со мной все хорошо, — уверенно заявила она. Попытка не пытка! — Просто… голова закружилась.

Клэр молча вскинула брови, продолжая щупать предательский пульс.

— Честное слово! Пустяки. — Брианна выхватила руку.

Она всякий раз убеждала себя, что это пустяки.

— Когда это началось?

Обычно глаза Клэр были цвета темного янтаря. Когда она работала с пациентами, ее радужка с расширенными зрачками казалась ярко-желтой, как у хищной птицы.