Скажи пчелам, что меня больше нет

— Когда ты рассказала мне… Господи, неужели это правда?.. — Брианна осторожно поднялась на ноги. Сердце продолжало биться спокойно и ровно. Пустяки.

— Да. Я не о последнем эпизоде, — сухо ответила Клэр, тоже вставая с пола. — Когда это случилось впервые?

Бри хотела было по привычке соврать, отрицая наличие каких-либо проблем, но ей вдруг ужасно захотелось сказать правду. В надежде услышать, что все не так уж страшно.

— После того, как мы прошли сквозь камни на Окракоке. В тот раз… Я думала, мне конец. — Ее вдруг замутило. Не хватало еще, чтобы вновь закружилась голова от воспоминаний об этом… этом… К горлу подкатила тошнота, и Брианну вырвало; наполовину переваренная каша выплеснулась на чистые новые доски хирургической.

— О господи, — послышался ласковый мамин голос. — Ты ведь не беременна?

— И в мыслях не было! — Передернув плечами, она вытерла рот фартуком. — Это невозможно."

"Брианна не собиралась даже задумываться о подобном развитии событий. Ее и без того преследовал дикий страх умереть и оставить Джема и Мэнди сиротами.

— На Окракоке, — повторила она, собравшись с духом, — я прошла через камни с Мэнди на руках. В глазах потемнело, и я думала, что вот-вот потеряю сознание. Вроде бы так и произошло… Я очнулась на земле, крепко сжимая Мэнди; она вырывалась и кричала «Мамочка, мамочка!», но я ничего не могла ответить. А потом поняла, что сердце не бьется. И решила, что умираю.

От Брианны исходил сладковатый, с горчинкой запах; Клэр сунула ей в руки кружку и поднесла к губам.

— Ты точно не умрешь, — уверенно сказала мама.

Бри кивнула. Ей отчаянно хотелось в это верить, хотя сердце продолжало сбиваться с ритма, то и дело оставляя в груди гулкую пустоту. Она глотнула ароматную жидкость — в кружке оказался подслащенный медом виски с добавлением трав.

Закрыв глаза, Брианна не спеша потягивала напиток, отчаянно желая, чтобы все утряслось и вернулось в привычное русло. Мир начинал обретать знакомые очертания. Падающие из большого окна солнечные лучи ласково грели ей плечи.

— И как часто это случалось?

С каждым глотком сладкая жидкость разливалась по телу приятным теплом. Наконец Брианна открыла глаза.

— Четыре раза, не считая сегодняшний. Сначала на Окракоке, затем следующей ночью, когда мы спали в лесу. — Она невольно содрогнулась, вспомнив, как лежала неподвижно на земле возле Роджера; дети мирно сопели между ними. Сердце колотилось как ненормальное, и ей пришлось сжать кулаки, чтобы не вцепиться ненароком в Роджера и не растолкать его. — Было жутко. Так продолжалось несколько часов и прекратилось только к рассвету.

Помнится, она тогда чувствовала себя выжатой как лимон; влажная от росы одежда липла к телу. Ей стоило невероятных усилий подняться на ноги и сделать хоть пару шагов.