Назови меня своей

Я готова была позволить им сделать со мной всё, что они хотели… Лишь бы погасить тот пожар, тот чувственный голод, терзавший меня всё сильнее.

— Руками, — послушно пробормотала я, с каким-то сладким ужасом наблюдая, как блондинку поставили на колени, а приятель Доминика с предвкушающей улыбкой и блестевшими в полумраке глазами расстёгивает штаны.

Боже, она ведь не собирается… Собирается, поняла я через мгновение, и почти сразу пальцы Мартина нежно погладили вокруг моих сосков, заставив их отозваться тупой, настойчивой болью от неудовлетворённости. Прикусив губу, я напряжённо наблюдала, как блондинка, демонстративно облизнувшись и посмотрев на второго вампира снизу вверх, широко открыла рот и… буквально насадилась им на внушительных размеров достоинство носфайи. Я не сдержалась, от удивления тихо ахнув, а тело отреагировало на откровенное зрелище горячим всплеском между ног. Господи, прости, но мне нравилось смотреть, как женщина ртом ублажает вампира, и чувствовать, как пальцы лорда Мартина гладят, пощипывают, перекатывают затвердевшие, как камешки, соски на моей груди… Внизу живота всё болело, я сильнее сжимала ноги, и жемчужины внутри чувствовались острее с каждым мигом. Мои глаза не отрывались от окна, я бесстыдно подавалась навстречу рукам Мартина, молча умоляя продолжить, и в какой-то момент поняла, что пальцев мне мало, да, хочется ощутить горячие губы, дразнящий язык. И от одной только мысли позвоночник расплавился, кости осыпались пеплом, а кожа воспламенилась настолько, что прикосновения к ней причиняли уже болезненные ощущения, такой она стала чувствительной.

Я тихонько застонала сквозь стиснутые зубы, теряя себя окончательно в этом тёмном водовороте терпкого, запретного удовольствия, и уже без всякой подсказки хриплым шёпотом произнесла:

— Пожалуйста… я хочу, чтобы губами…

Думать о том, что делаю и почему, даже не пыталась — сознание заполнили эмоции и желания, мыслей там не осталось ни одной, из приличных уж точно. Глядя на то, как второй вампир, сжав светлые волосы женщины, направлял её движения, явно наслаждаясь происходящим, я, несмотря на то, что с трудом могла представить себя на её месте, возбуждалась от непристойного зрелища всё сильнее. Где-то на самой границе ошалевшего от происходящего сознания мелькнул обрывок мысли, что мои хозяева сегодня всё же не заставят… вот так… Хочется на это надеяться. К такому я точно ещё не готова, хотя не сомневаюсь, когда-нибудь придётся и это делать.