Весь Мегрэ. Том 3

— Ну а вы, остальные, что скажете? — спросил Мегрэ, повернувшись к трем клошарам.

Те, все ещё охваченные боязнью, усиленно замотали головами.

— А не навестить ли нам теперь морячка с «Пуату»? — предложил заместитель прокурора, которому было явно не по себе в этой обстановке.

Тот уже поджидал их. По многим параметрам этот речник сильно отличался от фламандца. Так, если его жена и дети тоже проживали на борту, то сама баржа ему не принадлежала, да и ходил он почти всегда одним и тем же рейсом — от песчаных карьеров в верховьях Сены до Парижа. Звали его Жюстен Гуле, возраст — сорок пять лет. С виду — коротконогий, с плутоватыми глазами и потухшей сигаретой, словно приклеенной к губам.

На борту его судна приходилось говорить, повышая голос, из-за грохота от близко расположенного подъемного крана, продолжавшего выгружать песок.

— Ну и умора, а?

— Что так?

— А то, что люди не поленились прибить клошара — и концы в воду…

— А вы разглядели их?

— Я абсолютно ничего не видел.

— Где вы находились?

— Когда пристукнули этого субъекта? В постели…

— Так чего же вы слышали?

— Кто-то вопил…

— А что насчет машины?

— Может, что-то и было, только их столько проезжает над нами, по набережной, что я обычно на них — ноль внимания…

— Вы выскочили на палубу?

— Прямо в пижаме… Даже портки не успел натянуть…

— А ваша жена?

— Она спросонья спросила: «Ты куда это намылился?»

— Оказавшись наверху, что вы приметили?

— Ничего… Как всегда, бурлила водоворотами Сена… Я крикнул: «Эй! О-го-го!», чтобы побудить, значит, того типа откликнуться да и выяснить, в какой стороне он бултыхается…

— Где в этот момент находился Жеф Ван Хутте?

— Фламандец-то?.. Я его в конце концов все же узрел на палубе баржи. Он как раз отвязывал лодку. А когда ту течением проносило мимо, я и скакнул туда… Тем временем тонувший то вынырнет, то опять — бульк! — и вниз… Фламандец попытался подцепить его моим багром…

— Тем самым, у которого на конце громадный железный крюк?

— Как и у всех остальных…

— А не получилось ли так, что стараясь подхватить им клошара, вы и ранили его в голову?

— Наверняка нет… В конечном счете его ведь подловили за штаны… А уж потом я изловчился и вытянул его за ногу…

— Клошар был без сознания?

— У него глаза были открыты.

— Он чего-нибудь сказал?

— Из него вода ливанула… И уж потом на барже фламандца мы заметили кровищу…

— Полагаю, на этом можно поставить точку? — прошептал прокурорский чин, которого вся эта история, как видно, не очень-то интересовала.

— Остальным займусь я, — подхватил Мегрэ.

— Вы сходите в больницу?

— Непременно туда загляну.