Весь Мегрэ. Том 3

Возле опор моста, где течение очень быстрое, образуются водовороты, которые могут унести, иногда на значительное расстояние, даже довольно тяжелые предметы.

В других местах дно покрыто толстым слоем тины, и отбросы всякого рода глубоко погружаются в нее.

Жоссе не мог с точностью указать то место, где он облокотился на перила, и, если учесть состояние смятения, в котором он, по его словам, тогда находился, это было естественно.

Публика же видела в этом доказательство лжи. Жоссе обвиняли в том, что он по каким-то тайным причинам спрятал оружие в другом месте. Речь шла уже не только о кинжале. Мсье Лалэнд, бывший колониальный чиновник, в показаниях которого никто не сомневался и которого опасно было называть выжившим из ума или, по меньшей мере чудаковатым стариком, показал, что Жоссе нес объемистый пакет, размером значительно больший, чем нож немецких парашютистов.

Что могло быть завернуто в этот пакет, который он унес после того, как совершил преступление?

Даже одно открытие, которое, как сначала показалось, говорило в пользу арестованного, в конце концов обратилось против фармацевта. По поводу этого открытия адвокат обвиняемого имел неосторожность торжествовать слишком рано.

Отдел установления личности обнаружил значительное число отпечатков пальцев в доме на улице Лопер, который из-за его футуристической архитектуры называли теперь стеклянным домом. Эти отпечатки, разложенные по категориям, сравнивались с отпечатками пальцев Жоссе, его жены, кухарки, горничной и контролера газовой компании, который приходил снять показания счетчика в понедельник после полудня, за несколько часов до убийства.

Среди этих отпечатков остались такие, принадлежность которых не могли определить. Их обнаружили на перилах лестницы и еще в большом количестве в спальнях жертвы и ее мужа.

Эти отпечатки принадлежали мужчине, широкий большой палец которого был отмечен маленьким, круглым, очень характерным шрамом.

На допросе мадам Сиран утверждала, что ни у мадам Жоссе, ни у ее мужа за последние дни не было посетителей и что, насколько ей известно, никто из посторонних не поднимался в спальни.

Карлотта, которая оставалась в доме вечером после ухода кухарки, подтвердила ее слова. В газетах об этом сообщалось так: Таинственный посетитель!

Разумеется, мсье Ленэн поднял много шума по поводу этого открытия и считал его отправным пунктом нового направления, которое должно было принять следствие. По его мнению, доктор Поль мог ошибиться в своих суждениях. Весьма возможно, говорил адвокат, что преступление было совершено незадолго до десяти часов, то есть до прихода Жоссе на улицу Лопер.