Король медвежатников

А наше законодательство не очень-то щадит эмигрантов, — поморщился комиссар. — Так что вам придется поработать на рудниках.

— Вы меня не за того принимаете!

Комиссар Лазар безнадежно махнул рукой:

— Вы прекрасно знаете, что я вас принимаю за того, кого надо. Но я не уверен, что господин Барановский главное действующее лицо. — Задумавшись, он продолжил: — Я предполагаю, что за ним стоит фигура куда крупнее. Вот только кто он? — Неожиданно комиссар мелко рассмеялся: — А может быть, это вы и есть, господин Родионов?

— Я уже вам говорил, что не имею к этому делу никакого отношения!

— Ладно, ладно, я пошутил. А насчет господина Барановского у меня имеются кое-какие предположения. Возможно, он чем-то не угодил своему хозяину, и тот просто пожелал от него избавиться. Вы не знаете, кто мог быть этим человеком?

Комиссар Лазар печально покачал головой:

— Вижу, что сегодня вы не намерены вести откровенные разговоры. Жаль! Придется продолжить в следующий раз. Андре! — громко крикнул комиссар. И когда на его зов вошел мрачноватого вида тюремщик, проговорил: — Проводи нашего гостя в его камеру. Она хоть и холодная, но думаю, что ему не будет там скучно. Там такие общительные жильцы, что скучать ему не дадут.

— Это уж точно! — хохотнул надзиратель, слегка подтолкнув Савелия к выходу. — Ты бы уж здесь не спотыкался, мсье, ступенька у нас в этом месте низкая. Беречь себя нужно, как-никак лет двадцать пять сидеть придется, — выразил участие тюремщик.

И громко захохотал, довольный собственной шуткой.

Камера оказалась недалеко, всего-то этажом ниже. Едва Савелий переступил порог нового жилища, как в лицо ударило застоявшейся сыростью. Через небольшое решетчатое оконце, находившееся почти под самым потолком, скупо пробивались сумерки. Родионов рассмотрел в углу небольшой топчан, прикрытый тонким одеялом, и, уныло окинув камеру взглядом, тяжело присел. Да-с, сколько же здесь придется куковать! И тотчас к нему на колени бесцеремонно прыгнула огромная крыса с коричневой короткой шерсткой. Задрав острую отвратительную морду, она с интересом уставилась на Савелия.

Родионов, поморщившись, с отвращением смахнул с колен мерзкую тварь. Теперь понятно, о каких жильцах шла речь.

Крыса обиженно пискнула, но удаляться не спешила. Отскочив на пару шажков, она стала с любопытством поглядывать на Родионова издалека и, насмотревшись, скрылась в небольшом проеме в углу камеры.

Савелий невольно улыбнулся: может, он и зря обиделся на божью тварь. Посидишь тут в одиночестве с пяток лет, одичаешь вконец, так даже крыса милым другом покажется. А ведь эта тварь человека совсем не боится, и чувствуется, что вскормлена рукой узника.

От этих дум Савелию немного полегчало.