Печать мастера. Том 1

 – Проведи соседу разъяснительную беседу о том, почему запрещено нарушать правила…

Один из самых высоких учеников – Семнадцатый был чуть ниже, кивнул и, разминая кулаки, шагнул вперед к Пятому. Мальчишка заверещал, сложив перед собой руки, а дальше… вспыхнуло так, что глаза на миг застило, и Косту швырнуло на изгородь – дыхание вылетело из груди.

В центре двора сидел подвывающий Пятый, вокруг которого, как поломанные фигурки, валялись ученики – их просто разметало в стороны – на ногах устояли только несколько человек.

– Ох ты ж… – простонал кто-то спереди.

– Он опять сломал браслеты!!!

– Браслеты сорвало, зовите Наставников!!! Зовите Наставников!!! – кричал кто – то.

– Тихо. Уже. Заткнулись, – властно скомандовал тот, кто стоял у дерева.

– Мне руку зацепило, а через декаду «Шрам» вернется, – ныл кто-то.

– Восьмой, третий – стазис, шестой – купол, остальные – разойтись!

Мальчишка – Пятый, так и застыл посредине двора с открытым ртом. Дальше Коста не досмотрел – встал, проверил кости, охнул беззвучно, и его дернули за рукав – сосед по комнате – Семнадцатый, настойчиво увлекал его в сад.

* * *Сосед молчал всю дорогу до их дома, и, только плотно закрыв дверь, начал говорить.

– Собирай вещи. Сейчас за тобой придут.

Коста сдул челку со лба, исподлобья глядя на Семнадцатого.

– С тобой бессмысленно было говорить, – рявкнул тот тихо. – Ты… ты пока никто, дерево во дворе и то больше стоит, потому что через сезон на нем будут персики. А кто ты – пока не ясно! Декада – покажет, – пробормотал парень себе под нос. – Они не тронули тебя – потому что пока нельзя, и потому что – благодарны. Новые ученики – редкость, и каждый раз собирают Круг Наставников, чтобы оценить навыки – и поэтому декаду занятий будет вполовину меньше. Отдых, – улыбнулся Семнадцатый криво, глядя на Косту.

Вещей у него было – только фиал с зельем на вечер, и больше – ничего, и форма, что на нём. Сунув флакон в карман, Коста упал на кровать, вытянувшись во весь рост и закрыл глаза.

Ждать – это он умеет.

Семнадцатый долго пыхтел в своей части домика, ходил из угла в угол, и потом сел за свой стол – изучать свитки. В дверь постучали перед ужином, громко назвав его номер, а вечерний горн созывал всех учеников в корпус.

Коста зевнул, размял плечи, пальцы, поправил мятую одежду, сапоги, но прежде, чем он сделал шаг к выходу, сосед удержал его за плечо, разворачивая. Коста молчал – мгновение, два, три, терпеливо ожидая, когда мальчишка решится сказать то, что хотел – или передумает – крепко сжатые губы, нахмуренные брови, нервный лоб – такую напряженную внутреннюю борьбу хотелось зарисовать."

"– Все пережили и ты переживешь, – буркнул наконец сосед, отпуская его руку. – Сожми зубы и держись, тогда декада пролетит быстро.