Мисс Марпл

На Эльвиру Дед не смотрел, но, поскольку слух его был напряжен, от него не ускользнул быстрый, легкий вздох, вырвавшийся у девушки. Он не смотрел на дочь. Он смотрел на мать.

– Нет, – сказала Эльвира почти без заминки. – Нет. Я его не знаю.

– Вот как! А мне казалось, что вы могли бы его знать. Думаю, он мог быть здесь сегодня вечером.

– Да? Почему это?"

"– А его автомобиль за углом. Поэтому я и подумал, что он здесь.

– Я его не знаю, – повторила Эльвира.

– Значит, я ошибся, – сказал Дед. – Но вы-то его знаете? – Он повернулся к Бесс.

– Еще бы, – ответила Бесс Седжвик. – Знаю много лет. – И с улыбкой добавила: – Знаете, он сумасшедший. Водит так, что когда-нибудь сломает себе шею. Он уже однажды разбился, полтора года назад.

– Помнится, я об этом читал, – отозвался Дед. – Он ведь больше не выступает, а?

– Пока что нет. И думаю, не будет.

– Можно, я пойду спать? – жалобно попросила Эльвира. – Я... Я ужасно устала.

– Конечно, это вполне понятно, – согласился Дед. – Вы сказали нам все, что вспомнили?

– Да, конечно.

– Я пойду с тобой, – сказала Бесс.

Мать и дочь вышли вместе.

– Она прекрасно его знает! – сказал Дед.

– Вы так думаете, сэр? – спросил сержант Воделл.

– Уверен. Она пила с ним чай в парке Баттерси. Их там видела одна старая дама. Была этим встревожена. Сочла, что он не компания для юной девушки. И это истинная правда.

– В особенности если он с ее матерью... – Воделл не кончил фразы. – Об этом все говорят.

– Да, я тоже слышал...

– Тогда кто ему нужен – мать или дочь?

Дед, пропустив эту реплику мимо ушей, распорядился:

– Необходимо его задержать. Он мне нужен. Его машина тут за углом.

– Вы полагаете, он остановился в этом отеле?

– Не думаю. Он не вписывается в «Бертрам». Если он сюда явился, то затем, чтобы встретиться с девушкой. А она-то определенно шла на свидание с ним.

Открылась дверь, и появилась Бесс Седжвик.

– Я вернулась, чтобы поговорить с вами. Но нельзя ли без свидетелей?

– Не вижу препятствий. – Старший инспектор Дэви сделал знак, и молодой полицейский, взяв свой блокнот, вышел. За ним последовал сержант Воделл.

Леди Седжвик уселась за стол напротив Деда.

– Эта идиотская история об отравленных конфетах... Совершенная чепуха. Не верю ни единому слову!

– Считаете, что ваша дочь все это выдумала?

– Да. Но зачем?

– Ну, если вы не знаете зачем, то откуда знать мне? Она ваша дочь. Предполагается, что вы ее знаете лучше, чем я.

– Я совершенно ее не знаю, – с горечью отозвалась Бесс Седжвик. – Я ее не видела и не имела с ней никаких контактов с тех пор, как сбежала от своего мужа, а тогда ей было два года.

– Да-да. Мне это известно. И я нахожу это странным. Ведь вы знаете, леди Седжвик, что суд обычно отдает ребенка матери, коль скоро мать об этом просит, даже будучи стороной виновной.