Мара

Мару сразу же неприятно поразил исходивший от него гадкий запах табака. Но это было не самое страшное — в конце концов, его можно было бы заставить помыться. Весь ужас заключался в том, что он был старше Мары более чем вчетверо. Дедушку же Мары последнее обстоятельство нисколько не заботило. Главное, Яддо почувствовал: здесь попахивает неплохим выкупом — и был совсем не прочь избавиться таким образом от строптивой внучки.

Мара перевернулась на спину и уставилась в протекавший потолок автобуса, вспоминая, как орал дед, когда она заявила, что сделает, если ее заставят лечь в кровать с этой вонючей жабой. Среди ее угроз фигурировали острый нож и та часть тела, которой, как говорили, Ласло особенно гордился.

— Он жирный и отвратительный, и от него пахнет козлом! — твердила она. — Но, если честно, я бы скорее с козлом легла в кровать, чем с ним.

Дед обрушил на внучку весь гнев, на который он только был способен. Он называл ее самыми разными отвратительными словами, кричал, а потом запер в автобусе.

— Ты будешь сидеть здесь до тех пор, пока не придет твоя бабка и принесет тебе одежду, чтобы ты могла принарядиться для встречи с Разамонами. И если наша сделка будет удачной, ты выйдешь замуж за Ласло уже завтра днем — мне плевать, что ты там думаешь… — Мара попыталась было возражать, но он показал ей кулак: — Молчать, я сказал! Или ты хочешь своим непослушанием опозорить всю нашу семью?

Из-за массивной фигуры деда выглядывало довольное лицо ее двоюродной сестры, и Мара чувствовала, что Анна ждет не дождется, когда Яддо потеряет терпение и поколотит Мару. Анна всегда была главным врагом девочки — она вечно подбивала остальных поиздеваться над Марой. «Может быть, все из-за того, — с презрением думала Мара, — что сама Анна кривоногая и уродливая, и ни один мужчина до сих пор не положил на нее глаз — хотя ей уже девятнадцать». А тетя Мары — мать Анны — даже и не скрывала радости, когда Мара вновь попала в немилость к деду.

— Это прекрасная партия для тебя, — объяснил Яддо уже несколько мягче. — Ласло очень богат! У него «паккард» и целый караван фургонов. Ты будешь жить как королева.

— Он урод! Ему за шестьдесят и от него пахнет козлом…

Возражения Мары прервала оплеуха. Но даже несмотря на боль, она сообразила, что дед специально ударил ее по уху, а не по лицу — чтобы не осталось синяка. Еще не поднявшись с пола, Мара посмотрела на него так, словно хотела показать, что ни капельки не смирилась.

— Если ты и дальше будешь себя так вести, то получишь еще. Ты должна быть просто счастлива, что такой богатый человек, как Ласло, женится на тебе, на полукровке!

— Да к тому же еще и без сумаджии, — вставила Анна.

Она удовлетворенно посмотрела на Мару.