Дракон с гарниром, двоечник-отличник и другие истории про маменькиного сынка

Обычно ехали поездом в Москву, а из тамошнего аэропорта Внуково — во владивостокские Озерные Ключи. Как-то дедушка по своим каналам пристроил нас на служебный рейс личного самолета Ли-2 командующего Тихоокеанским флотом. Адмирал прилетел на нем на флотский аэродром возле Пушкина, и обратно самолет отправлялся без него — зато с разношерстным комплектом «блатных» пассажиров, среди которых было и несколько офицерских жен с детьми. По дороге мы из-за нелетной погоды застряли на целые сутки на военном аэродроме где-то в районе Благовещенска. Вообще полеты на Дальний Восток даже регулярными рейсами «Аэрофлота» были в то время нешуточным приключением. Дальность полета Ли-2 и Ил-12 (а в последние годы Ил-14) была такова, что приходилось делать до семи-восьми промежуточных посадок, каждая из которых была для отважных пассажиров испытанием и нервов, и других систем их организмов. Ночью самолеты тогда не летали, и по пути, обычно в Иркутске или Новосибирске, устраивалась ночевка. Все отправлялись в предназначенную для этой цели аэропортовскую гостиницу, где мужская часть пассажиров принималась отмечать благополучное преодоление половины маршрута. Наутро следы этого отмечания можно было наблюдать не только на лицах, но и в салоне самолета после первой же болтанки. В последний наш полет вместе с папой из Владивостока в Москву я впервые увидал в иркутском аэропорту самолет Ту-104, который только начал летать из Москвы в Пекин с посадкой в Иркутске. Вид его меня страшно удивил, и я громко сообщил папе, что это же в точности наш воздвиженский Ту-16, только с иллюминаторами. Ох и досталось же мне — ведь это считалось Военной Тайной.

Но большую часть наших путешествий мы совершали поездом. Обычно ездили курьерским через Москву, хотя одно время курсировал и прямой поезд Ленинград — Владивосток. Но он был пассажирским и шел на целые сутки дольше. Кроме того, и маме и — понятное дело — мне нравилась пересадка в Москве. За эти годы мы основательно изучили московские магазины, побывали во многих музеях, а пару раз даже ухитрились сходить на дневные спектакли в Большом и в Театре оперетты. У мамы была в Москве подруга, жившая на Пресне, у трамвайной остановки «Новые дома». Несколько раз мы останавливались у нее на ночь, а дальше ехали уже на следующий день. Один раз вот так приезжаем — а никого нету дома. Позвонили в дверь соседям, те говорят, что Рита вчера куда-то уехала с чемоданом на такси — наверное, в отпуск. Потом выяснилось, что действительно уехала в Крым по «горящей» путевке и нам телеграмму об этом отправила, только мы не успели ее получить.