Мамаша Бармалей

На меня, подростка, залихватские рассказы Обноркиной производили огромное впечатление. Я накропал фантастический роман о чудовищах, которые живут под Москвой, и отнес его в редакцию журнала «Новый мир», его выписывали мои родители.

Энтин рассмеялся.

– Опус не увидел света. О том, что рассказывала говорливая швея, со временем я забыл, Нинель перестала посещать наш дом после смерти моей мамы. Я окончил школу, поступил в вуз… Детство отодвинулось очень далеко. А сейчас я подумал: подземные предприятия в столице определенно были. Смею предположить, что все они принадлежали Министерству обороны. А это ведомство ничего никогда не выбрасывает. У него на складах и в архивах хранится тьма всякого разного.

Константин Львович опять сделал глоток воды.

– Если совсем коротко, мысли мои текли таким образом. Кирилл Петрович все оставил Всеволоду. Чадолюбием дед не отличался, но у него просто не было никаких других родственников. Академик занимался строительством подземных сооружений. Что, если внук, разбирая архив деда, нашел его чертежи и планы? И приобрел немалую территорию, на крохотной части которой находится колледж, где работала Алиса. Зачем ему понадобилась земля? Что он собирался с ней сделать? Этого мы не знаем. Но меня волнует другое.

Психолог повернулся к Махонину.

– Николенька, ангел мой, можешь выяснить, где отбывает наказание Всеволод?

Махонин схватил мышку и вскоре ответил:

– В Мордовии. Но его скоро этапируют в Москву.

– Ага! – обрадовался Константин Львович. – С какой целью?

– Сразу не отвечу, но выясню, – пообещал Махонин."

"– Побег! – воскликнул Костин. – Константин Львович, я понял ход ваших мыслей!

– Кто-то собирается подобраться по подземным ходам к месту, где окажется Всеволод, – подхватил Махонин, – и помочь ему сбежать.

– Если старшего Ракитина доставили в Москву, значит, открылись некие новые обстоятельства, – стал размышлять вслух Володя, – порой заключенного начинает мучить совесть, и он хочет рассказать о других совершенных им преступлениях. Случается, что человек отбывает срок, а на него поступает в какой-то суд новое уголовное дело. Ну, и любимый трюк серийных убийц: выдать несколько захороненных трупов, а об остальных умолчать, получить пожизненное заключение и через пару лет заявить:

– Я вспомнил еще о паре жертв!

Зачем это делают? Условия жизни в колонии, где содержатся самые опасные преступники, суровые. После заявления о том, что убийца готов рассказать о других трупах, его отправят в город, где начнется новое следствие, и сидеть негодяю придется в СИЗО. Там после колонии строгого режима просто рай для преступника. И свидания чаще, и посылок больше, и люди вокруг другие, и распорядок дня иной.