Мальтийский крест Павла Первого

Сказать, что я рассердилась, значит ничего не сказать! Ну надо же, я ему все рассказала, поднесла, можно сказать, все расследование и убийцу на блюдечке с золотой каемкой, а он меня не то что отодвинул, а просто выбросил за ненужностью!

Это, видите ли, не в моей компетенции, этим должны заниматься профессионалы. А я, значит, сбоку припеку, и номер мой шестнадцатый, вот как! Да еще и про отношения с мамой прибавил, а это его вообще не касается!

Я уже сказала, что выскочила раньше, чем надо было. Сослалась на маму, но вообще-то я не хотела, чтобы этот тип подвозил меня к самому дому.

Дом у нас очень приличный, есть металлическая ограда, чтобы можно было спокойно оставить машину, ворота открываются только специальным ключом, а пешком можно пройти только в небольшую калиточку.

Раньше у ворот в будке сидел охранник, теперь в связи с кризисом охрану сократили, но есть камера, и ворота открываются от центрального пульта, только нужно сказать, что за машина и куда направляется. В общем, как у всех.

Диспетчер у нас очень любопытный, так что если кого-то подвозят просто до ворот, он все равно записывает номер машины и потом выясняет по базе данных, кто хозяин.

А мне вовсе не улыбается, чтобы в доме знали, что меня доставляют домой на машине полиции. Завтра же весь дом будет про это знать! И маме, конечно, сообщат.

Так что я решила идти в обход, и поэтому даже хорошо, что я вышла раньше, только идти довольно далеко.

Я свернула в проход между домами, увернулась от парня на самокате, затем решила срезать дорогу.

Дом наш стоит отдельно, вокруг дома попроще, есть даже парочка пятиэтажек, а возле них — несколько гаражей, которые я обошла с опаской, потому что машин в них давно уже не было, а тусовались разные подозрительные личности. Сделать ничего не сделают, только будут громко клянчить на пиво.

Вот и решетка, что огораживает участок возле нашего дома. С этой стороны к ней подступали буйно разросшиеся кусты акации и барбариса. И утром я видела возле них мужика с пилой, который пытался эти кусты извести.

Как видно, не слишком он в этом преуспел, потому что обработал небольшой участок.

Я пробиралась между кустов и вдруг услышала впереди очень знакомый голос. Голос моей мамы. Голос был резкий и скрипучий, но я его все равно узнала. Так мама разговаривала, когда была в крайней степени ярости.

Я остановилась, а потом очень осторожно раздвинула ветки.

Мама стояла возле ограды, а рядом с ней…

Рядом с ней стояла какая-то крупная женщина. Скорее, даже здоровенная тетка.

И эта тетка показалась мне знакомой. Такие редкостные габариты трудно забыть!

Я еще пригляделась к ней, и тут эта тетка отступила в сторону и взмахнула рукой. И теперь я ее точно узнала, узнала ее жесты, ее характерные движения.