Майор и волшебница

Не на окраине, но и не в центре, двухэтажный, малость побольше того, где мы последний раз жили. И хозяева имеются, но не похоже, что от них будет беспокойство – старик со старушкой, божьи одуванчики. Перепугались, конечно, оба, старикан мне даже приволок глобус и парочку географических атласов. Кое-как объяснились на пальцах. Указки там у него, карты… Я так понял, всю жизнь географию преподавал, доказывал мне, что он человек совершенно мирной профессии. Ну и ладно, пусть живет. Я ему показал, что вы мне в записной книжке еще когда написали. Не сказать, чтобы обрадовался, но трястись, как овечий хвост, перестал. Ничего, прикормим – повеселеет…

– Ну, тогда поехали к твоему географу, – сказал я. – В самом деле, прикормим, по-немецки поговорим – повеселеют, первый раз, что ли.

Действительно, я ему давненько уж написал в записной книжке несколько немецких фраз: «В вашем доме на какое-то время остановятся на постой советские военнослужащие. Вам не будет причинено никакого вреда. Извините, война».

Линда вдруг спросила каким-то непонятным тоном:

– Теодор, у нас есть минут двадцать свободного времени?

– До самого вечера, – сказал я. – А что?

Ее голос стал прямо-таки умоляющим:

– Теодор, можно я – совсем недолго – посмотрю ратушу? Мало того, что это памятник архитектуры, это еще и историческое место. Там в восемьдесят первом канцлер Бисмарк выступал перед магистратами, депутатами ландтага и дворянами округа. Это историческая речь, о ней во всех учебниках написано… Говорят, конференц-зал сохранился в полной неприкосновенности: и кресла, и кафедра, с которой выступал канцлер… Я бы только немножко посмотрела… Отец рассказывал, что еще при Веймарской республике туда пускали экскурсии, а при нацистах перестали… – Ее голос прямо-таки звенел от волнения. – Я бы посмотрела совсем недолго… Теодор, если можно…

– Пожалуйста, – пожал я плечами. – Свободного времени у вас столько, что девать некуда, по крайней мере, сегодня…

Ее очаровательное личико прямо-таки просияло, она подалась ко мне, но в последний момент покосилась на Васю с Кузьмичом и воздержалась от вещественных выражений благодарности. Я подумал: в конце концов и мне не мешает чуточку развеяться после всего сегодняшнего. Побачим, что там за зал и кафедра, с которой выступал железный канцлер…

– Кузьмич, – сказал я, – ты, случайно, не знаешь, где ратуша?

– Чего ж не знать, – буркнул он. – Проезжали мимо, когда по городу с Васей колесили. Найду.

– Вот и давай туда.

– Если пустят, – сказал Вася.

– Это как? – спросил я с живым интересом. – Что ты опять выведал, всезнайка?

– Да ничего особенного, товарищ майор, – сказал Вася. – Этот памятник архитектуры – огромадное здание в три этажа. Причем самого что ни на есть канцелярского назначения.