Нежеланная невеста, или Зимняя сказка в академии магии

— Да ты просто корова, ходить не можешь нормально, вот и все, — заявила блондинка.

— Я извинилась. Не думаю, что стоит продолжать себя так вести.

— Как хочу, так и буду себя вести. Ты мне не указ!

— Скромность — главная добродетель девушки. — Спорить с блондинкой не хотелось, но она не давала мне возможности уйти. Зачем-то открыла свой рот снова:"

"— Ты смеешь что-то говорить о скромности? Ты ведь невысокородная, верно? Учишься бесплатно. А стипендию тебе платят за счет высокородных. Так что сама будь скромнее, пока такие как я содержат таких, как ты.

Да что за день такой! Что им всем от меня нужно?! Грудь внутри опалило об обиды и злости.

— Закрой рот, — тихо сказала я.

— Не то что? — прищурилась блондинка.

Ответить я не успела. Ибо в этот момент вспыхнула ее юбка. Ну, не совсем юбка, не вся сразу, а подол.

— Помогите! — заверещала девица. — Она подожгла меня! Подожгла!

На нас тотчас уставились все, кто находился рядом. А я, не растерявшись, погасила пламя до того, как оно успело причинить блондинке вред. Но это не я подожгла ей платье! Я даже не думала о таком!

К блондинке, юбка которой дымилась, подскочили подружки, и она громко зарыдала:

— Ненормальная! Решила меня поджечь! Сначала толкнула, потом натравила огонь!

— Это не я, — растерянно ответила я, видя, как осуждающе смотрят на меня адепты, собравшиеся вокруг. Как на какого-то монстра. И повторила, но уже громче: — Это не я! Почему вы мне не верите?

— Потому что ты — огневик! — раздалось из толпы насмешливое.

— Вместо того, чтобы решить спор словами, подожгла юбку!

— Сумасшедшая!

— Извинись! — потребовал кто-то, и меня словно холодной водой окатило. Это Даррел. Это его рук дело!

— Да, извинись, — пристально взглянула на меня блондинка. Глаза ее были мокрыми от слез, но сколько в них было самодовольства!

— За то, чего не делала, извиняться не буду! — громко сказала я. Из холла я выходила, гордо расправив плечи, но внутри все продолжало пылать. Мой огонь рвался наружу. И слезы — слезы тоже рвались, но плакать себя я не позволяла.

Быстрым шагом я направилась не к портальной станции, а к сосновому лесу — заснеженному и дружелюбному. Мы часто гуляли в лесу на выходных, бродили по его дорожкам тропинкам и даже устраивали пикники в теплые осенние денечки на берегу лесного озера.

Я шла, шла, шла, и сама не поняла, как сорвалась на бег — понеслась по протоптанной дорожке, даже не зная, куда. Изо всех сил работал руками и ногами, чувствуя, как не хватает дыхания в легких. В какой-то момент я выдохлась и, раскинув руки и ноги, звездочкой упала в сугроб, глядя в высокое голубое небо.

Стало немного легче. Мороз, щиплющий щеки, помог внутреннему огню остыть, а бег снял напряжение.