Мадикен и Пимс из Юнибаккена

Папа вообще никогда не ругается, но сейчас… Он ругает бычков так, что дым идёт коромыслом, и говорит:

— Будь у меня ружьё, я настрелял бы вас целую кучу! — Папа вытирает пот со лба, потом смотрит на маму и смеётся: — Ты испугалась?

— Да, ещё один такой день рождения я не снесу. Сначала — Линдквист, а потом — эти вот.

Она указывает на бычков, которые стоят под берёзой, бодают её ствол, мычат и не хотят никуда уходить.

— Мы просидим здесь до самой осени, — говорит мама — Тогда, может быть, придёт Петрус Карлссон и заберёт их на скотный двор.

Лизабет, услыхав такие страшные слова, снова начинает скулить на «древе познания». Но Мадикен чувствует, как у неё внутри начинает щекотать. Подумать только — прожить на берёзе всё лето! Ну разве это не чудесно? Такой пикник ничуть не похож на их обычные пикники, это уже целое приключение, с радостью думает Мадикен, когда самое страшное уже позади. К тому же ей не привыкать к пикникам на высоте, с тех пор как они с Лизабет устроили один такой на крыше дровяного сарая.

Но на пикниках ведь едят, а сидеть просто так на берёзе всё-таки голодно… Да… Однако же корзинка с провизией стоит внизу как раз под их деревом, но как к ней подобраться, когда её сторожат такие злые бычки? Вот что Мадикен очень хотелось бы знать. Может быть, быстро-пребыстро спуститься вниз и схватить корзинку, прежде чем кто-либо успеет заметить — бычки или мама? Главное, чтобы мама не заметила. Она бы такого поступка не одобрила, уж это-то Мадикен понимает. Девочка тяжело вздыхает и смотрит голодным взглядом на корзинку.

А потом делает вот что: быстро-пребыстро спускается вниз и быстро-пребыстро вскарабкивается вверх, с корзинкой в руке. И никто ничего не замечает, никто, кроме Лизабет.

— Ты с ума сошла, Мадикен, — говорит Лизабет. Но она тоже голодна, и потому здорово всё-таки, что им удалось раздобыть провизию.

Мадикен прочно устанавливает корзинку среди ветвей берёзы, открывает крышку и заглядывает внутрь. Да, вот такой и должна быть корзинка с провизией!

Мадикен и Лизабет рьяно перебирают чудесные пакетики, которые Альва приготовила для пикника. А в них — вкуснейшие бутерброды с телятиной, ветчиной и сыром, тонкие блинчики с сахаром, А ещё там лежит лимонад для Мадикен с Лизабет, пиво для папы с мамой, целая масса булочек и налитый в кувшин кофе, который мама с папой должны были бы подогреть на костре, как предполагала Альва. Но она ведь не знала, что им придётся сидеть на дереве.

— А мы г ев уже едим! — кричит Мадикен. Потому что Лизабет только что с телятиной, рот бутерброд с телятиной.

На соседней берёзе удивляются и даже завидуют.

— Ну и ну, как это вам?.. — начинает папа, но мама прерывает его:"

"— Какая несправедливость! Это же всё-таки мой день рождения.