ЛВ 3 (СИ)

Не знаю как, не ведаю даже, и представить не могу каким образом, но ты узнала. А еще ты, боюсь, очень многое узнала обо мне, и, кажется, поняла, что себя я убить готов, а вот у другого аспида жизнь отнимать не стану. И это так, Веся, я не стану. Никогда. Но и оставить врата Смерти я не могу, ведь рано или поздно печать будет сорвана и мертвые хлынут в этот мир, уничтожая его. Смогу ли я тогда остаться в стороне? Нет, Веся, я не смогу.

И убрав кинжал в ножны, он достал пузырек с серебром, почти не глядя вылил часть его в воду, затем, опустил в него белые лоскуты бинтов, обильно смочил, затем отжал, и поднявшись, пересел в изножье моей кровати, откинул одеяло, приподнял край сорочки, простонал, увидев мои израненные ноги, вздохнул тяжело, потянулся за мазью целебной, и обречено стал наносить ее на раны, полностью игнорируя меня.

Или не полностью.

— Ты не ведьма, ты поганка ядовитая! — прошипел взбешенно, но при этом очень бережно к каждой ранке прикасаясь. — Надо было не так разговор повести, Веся, совсем не так. Надо было сразу сказать — «я, аспидушка, даже тело свое белое да нежное отдать тебе готова в самых позах бессовестных, только ты живи, морда чешуйчатая, живи главное».

«В самых бессовестных не готова!» — мгновенно вспылила.

— Да ладно, — окончательно психанул аспид. — А коли соглашусь клятву дать, тогда как?

Тогда… замолчала я тогда.

— А что, может и зря отказался, — язвительно Аедан произнес. — Ну-ка, зови сюда Лесю, пусть продемонстрирует процесс зачатия во всех его вариациях, глядишь, я от возбуждения и не только на такую сделку пойду, а то от воздержания, знаешь ли, уже с головой явный непорядок начался.

«А то хоть когда-то порядок был, — съязвила растерянно».

А аспид, сволочь такая, вдруг на меня как посмотрел, потом на ногу, ступню коей обильно мазью обрабатывал, опосля на тело мое, а вот затем, совершенно наглым образом, сжал подол сорочки ночной, да и медленно, очень медленно, на меня призрачную глядя, подымать начал.

«Ты…ты что, ирод, делаешь?» — остолбенела я.

— Я, — аспид, чуть склонив голову с повышенным интересом изучал ноги до колен, опосля чуть выше колен, — а я, Веся, решил получше рассмотреть условия предлагаемой сделки. Глядишь, может и соглашусь даже…

В тело я свое вернулась мгновенно!

Все срамное закрыла тут же, подушку сверху водрузила даже, а вот на большее сил не хватило и я обратно на кровать рухнула.

— А пела-то как, — решил поизмываться аспид, — с тобой, говорила, буду, детей, говорила, тебе рожу, а как до дела дошло, так, понимаешь ли, тут «изыди, чудище страшное, аки кракен речной отвратительное».

— Изыди — это точно! — тяжело дыша, потому, что от слабости и голова кружилась, подтвердила я.

Аспид лишь усмехнулся, да ногу измазюканную принялся бинтами оборачивать.