ЛВ 3 (СИ)

Я открыла глаза и поняла, кто держал меня за руку. Маг проснулся тоже, обнаружил что спал сидя за столом и что моя бледная ладонь в его руке.

— И… император там у тебя, — прошептала, глядя на самого заспанного мага в моей жизни.

— Подождет, — сжав мою руку крепче, видимо, чтобы не сбежала, ответил Агнехран.

Улыбнувшись, сообщила о другой неизбежности:

— Рассвет, лешинька сейчас придет.

И ладонь мою отпустили. Нехотя очень, но отпустили.

— Не позволяй ему забрать блюдце, — хриплым ото сна, но уверенным голосом потребовал архимаг.

А я все равно улыбаться не перестала. Видимо утро было такое улыбательное, когда улыбаешься вопреки всему.

— Обожди мгновение, — попросил охранябушка.

Встал быстро, отошел куда-то, умылся быстро, вернулся за стол, пытаясь с мыслями собраться. Затем к делу перешел.

— Девясил выпей, — и передал мне первую бутылочку.

Взяла с благодарностью. И тут он сказал:

— Стой, дай обратно.

Отдала.

Охранябушка быстро пробку из бутылочки вынул и мне уже открытую отдал. Заботливый.

Я с трудом поднялась, села кое-как, настой выпила, мармеладом заела. С мармеладом было терпимо, а так горько до невозможности.

— Что сейчас делать будешь? — спросил Агнехран, встревожено к чему-то прислушиваясь.

— Там видно будет, — вернув ему бутылочку, ответила сонно. — С лешинькой поговорю, узнаю, как в Гиблом яру дело продвигается, и раз легче мне уже, книги возьму, многое узнать-выучить надобно.

Поглядел на меня Агнехран так, словно сказать что-то хочет, да каждое слово обдумывает, словно должен сказать, да не решается никак, словно…

— Веся, — выдохнул судорожно, в глаза мне глядя, — я тебе сейчас скажу, а ты сделай дело доброе — запомни. Навсегда запомни — что бы тебе не сказал тот дьявол, чтобы не сказал твой леший, но единственная причина, по которой я помогаю тебе, в самой тебе и заключается. Ни в тайне Гиблого яра, ни в желании заполучить технологии чародеев, ни в стремлении обладать силой кругов Жизни и Смерти, а в тебе.

Застыла я, мармеладку до рта не донеся, просто застыла. Я ведь не спрашивала, я оправданий не просила, я ничего не требовала. Знаю ведь что маг, знаю каковы маги, все знаю, потому и не спрашивала ни о чем, так зачем… лгать? И я взгляд опустила, навернувшиеся слезы скрывая.

— Веся, — сказал шепотом, а я вздрогнула так, словно оглушил криком, — забудь об их словах, да о другом вспомни. Вспомни, в какой ритуал вмешалась, когда меня спасла. Вспомни, что с Гиблым яром сделать хотел. Вспомни и сопоставь. Коли нужен мне был бы Гиблый яр, разве стал бы я пытаться уничтожить его вместе со всеми его тайнами?

И соскользнули слезы с ресниц, прямо на плед теплый пуховый.

— Веся, — простонал Агнехран, — если мне не веришь, разуму своему поверь.

Усмехнулась я, слезы вытерла, а взглянуть на мага так и не смогла.