Обрученные луной

Рядом отец и господин Арлис разговаривали с Волком, и голоса всех троих звучали удивительно мирно, даже дружелюбно. На миг Лестана почувствовала себя преданной! Но в памяти всплыло то, что говорила Кайса… Да и сам Хольм сегодня показался ей на удивление рассудительным и спокойным, словно кипящая в нем ярость, которую Лестана чувствовала в Волчьем городе, притихла, спряталась. Хольм клялся, что не виноват! И Лестана впервые засомневалась. Что, если все они ошиблись? Вдруг это был не он?

Память тут же подсунула картину того, как Хольм делал ей предложение перед алтарем. И снова Лестану опалил изнутри страх пополам с обидой, но теперь она не могла бы точно сказать, чего в ее чувствах было больше. Обида? О, конечно! Злая, жгучая, до сих пор не прошедшая окончательно. И все-таки обижалась она на Брангарда, а боялась Хольма.

Старший из Волков не причинил ей никакого вреда, это Лестана заставила себя признать. Он спас ее от Медведя! И в храме не позволил себе ничего неподобающего, не считать же, в самом деле, преступлением предложение брака?! Кайса — злюка рыжая! Ну почему она всегда оказывается права?!

Двое воинов из охраны дворца подняли ее кресло, и Лестана все-таки прикрыла глаза, чувствуя себя маленькой и беспомощной. Всего один день в родном доме, а она уже ненавидела жалостливые взгляды и шепот, в котором сочувствие мешалось с ужасом. Неподвижность — что может быть страшнее? А если ритуал не поможет? Она так и останется на всю жизнь пленницей собственного тела?!

— Не раскисай, девочка! — строго сказала Аренея, когда воины внесли Лестану в покои целительницы и опустили кресло на пол. — Сегодня тебе понадобится и сила, и решимость.

— Особенно сила, — попыталась улыбнуться Лестана.

— А ты думаешь, сила — это крепость одного только тела? — удивилась Аренея, взмахом руки отпустив охранников. — Глупый котенок! Тело следует за разумом и духом, запомни это. Во всяком случае, должно за ними следовать по завету богини. Если тело берет верх над разумом, жди беды. А если дух слабее тела — тем более. Что, расстроилась из-за медальона?

— Нет, — дрогнувшим голосом упрямо ответила Лестана.

— Глупый котенок, — повторила Аренея. — Рассимор поступил как вождь и как любящий отец. Как вождь он не имеет права оставлять клан без наследника, живого и здорового. А как отец… Как отец он тебя, может быть, спас.

Лестана снова моргнула, пытаясь смахнуть ресницами непрошеную каплю слез. Аренея вздохнула и погладила ее по голове, словно ребенка.

— Глупый-глупый котенок, — повторила она снова. — Просто подумай, что, если Волки и правда не виноваты? Что, если след твоего убийцы ведет сюда, в клан? Ты об этом никогда не задумывалась? А вот Рассимор наверняка подумал. Да и Арлис не дурак, с чутьем у него все в порядке.