Дьявол весной (ЛП)

Пандора никогда не подчинится чужой воле, она никогда не сдастся... только если сломается. Он видел, что общество делало со смелыми и амбициозными женщинами. Она должна позволить ему её защитить. Пандора должна выйти за него замуж, только он не знал, как её убедить. Обычные правила не работали с женщиной, которая жила по своей собственной логике.

Потянувшись к ней, он прижал её к своему грохочущему сердцу. Когда Пандора мгновенно расслабилась, по нему пробежала дрожь волнения.

– Габриэль?

– Да?

– Как ты выиграл последнюю партию в вист?

– Я считал карты, – признался он.

– Это жульничество?

– Нет, но это всё равно было нечестно, – он убрал назад своенравную прядку, которая упала на её лоб. – Моё единственное оправдание в том, что последние несколько дней я хотел оказаться с тобой наедине. Я не мог пустить всё на самотёк.

– Потому что ты хотел поступить благородно, – серьёзно сказала Пандора.

Он искоса посмотрел на неё, и его брови взлетели вверх.

– Ты хочешь спасти меня и мою семью от скандала, – пояснила она. – Соблазнить меня – это очевидно самый быстрый путь.

Рот Габриэля изогнулся в сардонической улыбке.

– Мы оба знаем, что это не имеет ничего общего с честью, – увидев её озадаченный взгляд, он добавил: – Не притворяйся, что ты не знаешь, когда мужчина тебя желает. Даже ты не настолько наивна.

Она продолжала пристально на него смотреть, между её бровями возникла беспокойная морщинка, когда Пандора поняла, что есть что-то, что она должна была знать и ей следовало что-то понять. Боже. Она настолько наивна. С ней не флиртовали и не проявляли романтического интереса, которые бы научили её интерпретировать признаки сексуального интереса мужчины.

Габриэль, конечно же, без труда ей их продемонстрирует. Склонив голову, намереваясь её поцеловать, он провёл ртом по губам Пандоры взад и вперёд, пока они не задрожали и не раскрылись. Их языки встретились, скользя словно влажный нежный шёлк. Когда Габриэль углубил поцелуй, он стал ещё более прелестным, её роскошные, льнувшие к нему губы были эротичны в своей невинности.

Он осторожно опустил Пандору на бархатные, парчовые подушки, поддерживая её шею рукой. Его тело изнемогало под слоями одежды, Габриэль был настолько возбуждён, что ему пришлось опустить руку вниз и поправить свою плоть.

– Милая... твоя близость делает меня похотливым, как самца во время гона. Я думал, это очевидно.

Став малиновой, Пандора спрятала лицо у него на плече.

– Для меня в мужчинах нет ничего очевидного, – послышался её приглушённый голос.

Он слегка улыбнулся."

"– Тебе очень повезло, потому что я готов просветить тебя по каждому конкретному вопросу, – почувствовав её ёрзание, он взглянул вниз и увидел, что она пытается опустить подол халата, который задрался до колен.