Хрустальная ловушка

А может…

Звягинцев затряс головой, отгоняя от себя преступную мысль о виновности Васьки. И, так ник чему и не придя, заснул.

Кошмаров ему не снилось. Вот только пухлая пачка долларов, разросшаяся во сне до фантастических размеров, преследовала его.

…Звягинцев вспомнил об Ольге и обо всех неприятных событиях прошедшей ночи сразу же, как только проснулся.

Ледяной городок мало волновал его, Пал Палыч был глух ко всем проявлениям искусства, и все его пугающее разнообразие не трогало Звягинцева. Он почти всю жизнь прожил в Питере, но в Эрмитаже был только один раз: водил туда двух племянников, приехавших погостить из города Бийска на летние каникулы. «Это чудовищно, папа», — любил говорить ему Володя. Звягинцев вздыхал, но поделать ничего не мог. По-настоящему ему нравилась только одна картина — «Опять двойка», и то только потому, что мальчик, изображенный на ней, был страшно похож на него самого, стриженого шалопая из послевоенного детства.

Черт с ним, с этим городком, но если Запесоцкая передумает и начнет массированную кампанию против Ольги? Эта мысль почему-то взволновала Звягинцева, и он, даже не сполоснув опухшую от сна физиономию, отправился к ней.

…Запесоцкая занимала номер двадцать три на втором этаже (в отеле имела место странная нумерация, которая начиналась с верхнего, третьего этажа). Подойдя к нему, Звягинцев деликатно постучал, так деликатно, что даже не был услышан. Помявшись у двери, он уже собрался уходить, когда заметил, что дверь в номер приоткрыта. Даже не задумываясь над тем, насколько правомочен его поступок, Звягинцев легонько толкнул дверь, зашел в номер и сразу же услышал приглушенные голоса, раздающиеся из соседней комнаты: мужской и женский. Это несколько удивило Звягинцева, если учесть, как картинно страдала Запесоцкая по поводу пропавшего Кирилла Позднякова. И вот теперь, пожалуйста… Верь после этого в вечную любовь!

Звягинцев почувствовал себя неловко. Но двинулся ко входной двери как раз в тот самый момент, когда голоса приблизились. Настолько, что можно было услышать самый финал разговора:

— ..надеюсь, что никто и никогда об этом не узнает, — сказал мужчина, и дверь из комнаты распахнулась.

В ее проеме показались сама Запесоцкая и… Марк.

Звягинцев почувствовал себя неудобно.

— Здравствуйте, — сказал он хриплым покаянным голосом. — У вас не заперто…

— Что… Что вы здесь делаете?! — от возмущения у Запесоцкой перехватило дыхание.

— Вот… Пришел… Засвидетельствовать почтение, — брякнул Звягинцев первое, что пришло на ум, и честными глазами обвел присутствующих.

Запесоцкая была в махровом халате с мокрыми после душа волосами. Марк, одетый точно так же, как и накануне в баре, когда он расстался со Звягинцевым, неожиданно смутился.