Ловушка для дураков

Раньше они были отгорожены от тротуара решетчатым железным забором, в одном месте сохранились остатки ворот, криво висящих на покосившихся столбах, в другом — торчали пруться решетки.

Вадим напрасно вытягивал шею, стараясь сориентироваться. Номеров домов нигде не было видно.

Внезапно улица закончилась, стандартные двухэтажные домишки тоже.

Вадим вышел из машины.

— Пойду искать аборигена.

Дом с нужным номером оказался угловым, самым последним в ряду, возле которого Сидельников и остановил машину.

Они въехали в старый заброшенный двор. В небольшом сквере продолжали расти деревья, но за ними давно никто не ухаживал, и они доживали свой век, как и те люди, что обретались здесь. Сломанные скамейки, покосившиеся качели, разрушенная детская песочница, — все выглядело очень уныло.

Они поднялись на второй этаж и позвонили в квартиру.

Дверь им открыл, не спрашивая, кто пришел, неопрятный старик в измятых брюках и замасленной рубашке, определить первоначальный цвет которой было невозможно, до того она была заношена.

— Мы к вашему племяннику Ашоту Мирзояну, — начал Гребень.

— Да? — удивился хозяин. — Ашота сейчас нет, он уехал.

Парни переглянулись.

— А вы, значит, его дядя, Сурен Мирзоян? — уточнил Вадим.

— Ну, конечно, — подтвердил старик.

— В таком случае… — Гребень оглянулся и, убедившись, что на лестничной площадке никого нет, одним жестом, как фокусник, задвинул старика в квартиру.

Они уже полчаса сидели в страшно захламленной большой комнате на пыльном диване.

— …Ну не знаю я, где он, — Мирзоян, опасливо отодвигаясь от Гребня, умоляюще смотрел на Вадима. — Клянусь, не знаю.

Выяснилось, что Ашот приехал в Мытищи, прожил ждесь три дня, а потом уехал.

— Он меня в свои дела не посвящал, — пряча глаза, твердил Сурен.

— Ой ли? — Гребень угрожающе надвинулся на старика. — Слушай, дед, мы твоего Ашота вторую неделю разыскиваем. Как ты думаешь, почему, а?

Он растопырил перед Мирзояном пальцы в наколках.

— Это тебе не в милиции лапшу на уши вешать, мы — ребята серьезные, без протокола с тобой говорить будем. Адвокат тоже не понадобится. Ты, папаша, не серди меня, полчаса дурака валяешь, хватит.

— Ну? — прикрикнул Гребень.

— Подожди, — остановил его Вадим и обратился к Мирзояну: — Отец, ты человек пожилой, надо быть благоразумным.

— Вот-вот, — вклинился в разговор Гребень. — Я стариков не обижаю, но сам смотри…

— Хорошо, хорошо, я все скажу, — замахал руками Мирзоян. — В конце концов человек я пожилой, мне такие передряги ни к чему.

— Так-то лучше. Куда, говоришь, уехал племянник?

Вадим с Гребнем непонимающе уставились на Мирзояна.

— В город Рыбинск Ярославской области. А перед этим просил помочь быстро сделать загранпаспорт. Сфотографировался. Я пообещал, остались еще кое-какие связи.