Ловушка для дураков

Средства позволяли, не было желания.

— Раньше вещи делать не ленились, — любил говорить он. — Работа была индивидуальная, штучная.

Убедить его, что старое кожаное кресло-качалку, очень удобное и любимое еще его отцом, с изящно выгнутыми ручками-валиками, выполненное на заказ, надо поменять на новое, стандартно-примитивное, было невозможно. Зачем? Удивлялся он, когда Лерина мать, ворча, прикрывала лопнувшую кожу ковриком, будет время, отреставрирую. Но, оказалось, что времени на это ему было не отпущено.

При родителях все было по-другому. Был незаметен отбитый угол на письменном столе, вывалившаяся инкрустация на бабушкином комоде и журнальном столике, отклеившаяся ручка на пузатой тумбочке.

После гибели родителей все обнажилось. Царапины, трещины, неровности и дефекты как бы говорили своей новой хозяйке: все, наша жизнь закончилась.

Лера смогла заняться квартирой лишь после того, как у нее появился постоянный заработок в «Белом жасмине». Дела понемногу стали поправляться. В один прекрасный день она проснулась от спячки и ей захотелось действовать. Господи, как она жила все эти годы, не замечая ничего вокруг и выполняя лишь самый минимум необходимой работы по дому!

Оказалось, что на реставрацию родительской мебели требовались не такие уж и громадные средства. Мастер-краснодеревщик, которого она разыскала, повторил слово в слово любимое выражение отца: раньше действительно не ленились делать вещи. Потому и служат они долго.

Лера с упоением занималась квартирой. Было бы желание, все сделать можно. Начала она с гостиной. Ей поменяли обивку на диванах, починили и перетянули любимое кожаное кресло отца, поправили инкрустацию на журнальном столике и комоде. Она заказала новый абажур для старинного торшера. Мастер предложил затонировать бронзу, но она отказалась, пусть останется, как было, в этом был свой особый шарм. Еще она поменяла обои в комнатах и сделала мелкий косметический ремонт, потому что стало казаться, если она еще раз, проснувшись, увидит перед собой старый рисунок на обоях, то сойдет с ума. Каждый завиток нехитрого орнамента напоминал о тяжелых временах, когда она лежала, уткнувшись в подушку, и плакала, плакала… Когда не хотелось жить, ничего не хотелось, и она с трудом просыпалась каждый день и со страхом думала о том, что делать дальше.

На хороший настоящий ремонт всей квартиры сил и средств пока не хватало, но даже то, что сумела сделать, радовало глаз. Она выберется, обязательно выберется из того зависимого состояния, в котором находилась все эти годы.

Артем, оглядываясь вокруг, успел заметить многое. От его внимательных глаз не укрылось, как умело сочетаются здесь старые и новые вещи.

— Молодец, — с удивлением похвалил он ее, — у тебя очень уютно. Отлично все сделано.