Ловушка для дураков

Он уже взялся за дверцу, как Николай остановил его.

— Артем Семенович, забыли. — Николай бережно вытащил из дипломата небольшую продолговатую коробку, обернутую в красивую упаковочную бумагу, и протянул шефу.

Беглов, чертыхнувшись, кивнул, сунул коробку в карман и, прихватив фирменный объемистый пакет, стоявший у ног водителя, выбрался из машины.

«Мерседес» тут же отъехал.

Лифт был старый и медленно тянулся на восьмой этаж. Лера смотрела на Артема и ничего не говорила.

Ее взгляд упал на фирменный упаковочный пакет, который он держал в руках.

— Ты про кота голодного вспомнила, а я позаботился о нас.

— Кот вовсе не голодный, он избалованный, со сволочным характером, а ты напрасно думаешь, что мне нечем тебя угостить.

— Не обостряйся, я же сказал тогда в ресторане, что вечер с ужином — за мной.

Лера открыла дверь и зажгла свет в прихожей.

— Прошу. Не хоромы, но жить можно.

— Не скромничай, — Артем оглядывался вокруг. — В этом доме хорошие квартиры.

Из прихожей он прошел в большой квадратный холл, одну стену которого сверху донизу занимали книжные полки.

— Это часть отцовской библиотеки, остальные — в его бывшем кабинете. Книги, в основном, технические. — Она вздохнула. — Мне не нужны, но разобрать и выбросить сначала духу не хватало, а теперь думаю, может, Дашке понадобятся. Пусть стоят, места много.

Серо-полосатый кот Тишка выскочил, как черт из бутылки, и запрыгал по полу, словно резиновый мячик.

— Веселый братец. — Артем смотрел на полосатого Тишку, который секунды не сидел на месте. — Смотри, он что-то притащил за собой.

Кот гонял лапой заклеенный конверт.

— Дашка почту бросила. Раздевайся, — повернулась Лера к Артему и прижалась к его плечу. — Только мужских тапочек у нас нет.

— Обойдусь, — Артем, не отрываясь, смотрел на Леру. — Смотри, он рвет бумагу.

Лера ласково шлепнула Тишку ладонью и отобрала у него письмо.

Взглянув на обратный адрес, побледнела и быстро распечатала конверт. Там лежала короткая, в две строки, записка.

Стрелецкая прочитала их и уставилась в пространство.

— Да, — очнулась она и попробовала улыбнуться. — Давай про это потом, я тебе все расскажу, если захочешь.

Она повела его за собой, показывая квартиру.

— Это Дашкина комната с отцовской библиотекой, это моя, это гостиная.

Часть гостиной занимал сверкающий лаком рояль. В комнате стояла мебель, доставшаяся Валерии от родителей. Очень добротная, сработанная на совесть, она была сделана до нашествия всех этих низкорослых шкафов и стандартных сервантов на коротких ножках. Родительская мебель была способна пережить не одно поколение. Покойный отец, человек с устоявшимися привычками, когда речь заходила о том, чтобы обновить обстановку, слышать ни о чем не хотел и отказывался наотрез.