Ловушка для горничной

— Давай, детка, садись на меня, — давлю ей на бедра, когда член прикасается к ее горячему, тесному лону.

— Ах! — вскрикивает Василиса, когда я сам снизу грубо вколачиваюсь в нее. Замираем на секунды, глотая воздух, веду рукой по ее животу, выше, сжимаю грудь.

— Двигайся немедленно! — требую. И девочка послушно раскачивается на мне. Но слишком медленно, слишком лайтово. — Иди сюда, — дергаю ее на себя. Девочка падает на меня грудью. Сжимаю ее попку, трахаю снизу, глубоко, жестко, ловя губами ее стоны, не разрешая сдерживаться. — Кричи, моя хорошая, если хочется.

Ее ноготки расцарапывают мои плечи, вызывая очередную волну нереального кайфа. Ускоряюсь, вколачиваюсь в нее резче, быстрее.

Василиса уже громко, надсадно стонет, отпуская себя. Поднимаюсь вместе с ней, подминаю под себя, закидывая ее ноги себе на плечи, прижимая к ее груди, наваливаюсь сверху для максимально глубоко проникновения.

Последние мои толчки довольно грубые, но Василиса плывет, поднимая бедра, разводя ноги шире, вынуждая меня не останавливаться. И я срываюсь в какой-то бешеный темп, кусая ее губы, шею, грудь, оставляя красные глубокие засосы. Мы кончаем почти одновременно. Ее дрожь, сжимающие меня изнутри мышцы лона… Запускаю мой оргазм, вызывая яркую вспышку и волну кипятка.

Падаю на нее сверху, сжимаю, утыкаясь в мокрую шею, дышу нашим общим кайфом. Все, я окончательно потерял себя в этой женщине. И мне не страшно, я хочу, чтобы так случилось. Я хочу этих чувств, чтобы до последнего вздоха, чтобы раствориться в этой женщине. Мне этого не хватало.

Ее пальчики оживают, нежно поглаживая мою спину. Приподнимаюсь, упираясь руками в диван, заглядываю Василисе в глаза, там поволока. Красивые глаза блестят.

— Я не слишком нажестил?

— Да ну прекратите, Андрей Сергеевич. Мне, знаете ли, зашло, не сдерживайтесь больше в своих порывах, — усмехается она.

— Хорошо, — улыбаюсь, снова переворачиваю нас, укладывая девочку на себя сверху.

Мы просто лежим, дышим, чувствуя друг друга. В какой-то момент мне кажется, что Василиса засыпает, перебираю ее волосы, целую нежное плечо.

— Андрей, — сонно мурлычет Василиса.

— Да, детка?

— Я люблю тебя, — вдруг признается она. Мое беспокойное сердце сжимается. И я наполняюсь чем-то очень теплым, плавленным, моим. — Ты не оставляй меня никогда, ладно?

— Даже не смей думать в эту строну. Все, ты моя, и это пожизненно.

Глава 34

Андрей

Перед входом в подвал прикуриваю сигарету. Вроде тепло сегодня, а меня знобит.

— Живой хоть? — интересуюсь я у охранника.

— Живее всех живых, орал тут с утра, — ухмыляется Димон. — Угрожал.

— Даже так? — еще одна глубокая затяжка, закатываю рукава рубашки. — Кастет мне и ствол.

Димон вынимает из стола новенький блестящий кастет и ствол, забираю. Ствол – за пояс, кастет – на руку, сжимаю кулак.