Ловушка для горничной

— Ну, это ты сейчас Демону расскажешь, — выдыхаю я, кивая на кортеж. Протягиваю Василисе руку, сжимаю холодную ладошку, вытягивая девочку из машины. Опускаю глаза вниз, замечая, что она без обуви. Подхватываю Василису на руки и несу к подъезду. Позади окрикивают, но мне плевать, моя девочка всхлипывает и дрожит, и я очень перед ней виноват.

Глава 33

Андрей

Мы вдвоем в гостиной. Вечер, сумерки, в комнате горит лишь напольный светильник, в окне блики ночного города. Тишина, мы молчим. Все вроде благополучно закончилось, но нас еще накрывают триггеры этого дня. Делаю горячий чая, хотя, конечно, хочется чего-то покрепче. Но не стоит. Это нужно пережить на трезвую голову, переболеть и выработать иммунитет.

Ставлю чай на журнальный столик. Сажусь в кресло. Моя девочка сидит на диване, укутанная в плед. Ей холодно. Мне, в принципе, тоже. Дело не в температуре воздуха, дело в нас, мы ловим отходняки после всплеска адреналина. Я виноват перед ней, да. Не все рассчитал, опрометчиво кинул девочку в бездну ее страхов. А должен был стать надежной спиной для нее.

Я обещал…

И это меня жрет изнутри.

Особенно когда моя девочка такая тихая и отрешенная. Нет, она не бежит, не шарахается от меня, не отталкивает, не кричит и не обвиняет.

Но…

Закрываю глаза, глубоко вдыхаю. Дышу. В голове рой мыслей. Бай в подвале. Все мое нутро рвется туда. Рвется убивать с особой изощренной жестокостью. Но здесь и сейчас я нужен своей женщине.

Мой телефон отключён, как и Василисин. Мы вне зоны доступа. Мы в своём мире. На меня накатывает что-то очень болезненное, острое, как приступ…

Приступ жгучей любви к этой женщине, до такой степени, что становится нечем дышать. Глотаю кислород, а надышаться не могу. А я ведь мог потерять ее сегодня.

По своей вине…

Кричу внутри.

Зажмуриваюсь.

Я не прикасаюсь к ней сейчас – себе в наказание. Мне снова нужно разрешение.

— Как там Марк? — тихо спрашивает Василиса, нарушая тишину.

— С ним все хорошо. Ранение некритичное. Пулю вынули, зашили. Он уже дома.

— Хорошо… — выдыхает Василиса.

— Хорошо, — повторяю за ней. — Он молодец.

— Да, — шепчет Василиса.

И нас снова накрывает тишиной. Мое нутро начинает биться в неконтролируемой истерике. Не выдерживаю.

Ну что я делаю?

Зачем?

Выстроил какие-то стены. Решил наказать себя. Мне залюбить ее нужно. Настолько, чтобы стереть этот день навсегда.

Подымаюсь с места. Василиса вздрагивает, распахивая глаза, когда я шумно отодвигаю стол, который нас разделял. Опускаюсь перед ней на корточки, беру ее холодные руки, сжимаю в своих ладонях, чувствуя, как она расслабляется, шумно вдыхая.

— Да, моя любимая девочка, расслабься, отпусти все сейчас. Я не допущу больше ошибок. Обещаю, — хрипло шепчу ей.

Утыкаюсь лицом в ее холодные ладони. Давай, согревайся.