Лорд блуждающих земель

Но сейчас, когда у меня всего лишь триста девяносто человек… и всего девять девчонок беременны… Так что даже до четырёхсот добить удастся не слишком быстро…

Я вздохнул. Подобные размышления не приносили мне душевного спокойствия. Но я понимал, что все эти мысли не содержат в себе конструктивного зерна. Первое, что надо сделать, дать понять своим подданным, что их жизни ничего не угрожает. Дать уверенность в том, что завтра будет только лучше. И вот тогда моя община начнёт постепенно увеличиваться.

Но я всего лишь несколько дней тружусь лордом, так что наверняка найду выход из сложившейся ситуации."

"Как ни странно, на суд пришла почти вся община. По крайней мере, было никак не меньше трёхсот человек. Возле шатра боевых магов поставили два помоста. Один — поменьше, для осуждённых, второй — побольше, для меня и Богатырёва, стоящего за моим правым плечом.

Я решил начать с самой простой задачи.

— Сквозняковский, — назвал я фамилию мага, и он тут же вытянулся в струнку.

Судя по всему, человек давным-давно протрезвел, и даже не понимал, за что его кинули в острог. Ко мне даже подходила какая-то девушка и просила за него. Даже пыталась намекать на неприличное, но я отмахнулся. И вот теперь этот худой до неприличия маг был ещё и бледен, словно сама смерть.

— Ты обвиняешься в саботаже жизненно необходимых работ, таких, как уход за растениями, составляющими часть продовольственной безопасности общины, — народ на площади сразу же ахнул, потому что обвинение не касалось алкоголя, я сразу же начал с последствий, и вот это людям было непривычно. — В дополнение к этому в связи с твоими действиями или бездействиями было уничтожено одно из столь важных растений. При этом едва не пострадала маг земли Кристина Романовна Гранитова. Причём ты даже не смог исправить сложившуюся ситуацию в связи с тем, что был крайне пьян. Что можешь сказать в своё оправдание?

— Дык… Я же… ну как… — Сквозняковский явно потерялся и не мог толком объяснить, что думает, но я стоял и ждал, мне было нужно, чтобы он выпил эту чашу до дна. — Мне просто принесли самогон на работу, как обычно. Я чуть-чуть выпил и отключился. Обычно могу работать, а тут почему-то нет. Я же не специально, правда. Я работал. И буду. Только не изгоняйте! Пожалуйста!

— Ещё и в сговоре, с группой лиц, — обречённо вздохнул я и покачал головой.

Вперёд вышла та самая девушка, которая пыталась у меня вымолить прощение Сквозняковского.

— Это я принесла, — проговорила она, гордо глядя мне в глаза. — Чтобы моему Толечке не было так одиноко и скучно.

— Скучно? — я даже приподнял брови, глядя на девушку. — А, чтобы было нескучно, ты решила организовать похороны Кристины Романовны, я не пойму?

Девушка, кажется, поняла, что сказала, и поэтому упёрла взгляд в пол.