Логово

– Когда доберетесь до Мирного, – инструктировал их Малютин, – заприте все двери, возьмите все оружие и держите круговую оборону. Перенесите все вещи в Клуб. И пусть всегда бодрствуют хотя бы десять человек.

– А ты? – спросили староста и Марина в один голос.

– Должен закончить одно дело. Надо тут прибраться. Не бойтесь, я вернусь.

Ученый внимательно посмотрел на женщину. В ее глазах читалась благодарность за спасение, но была там и отстраненность. Будто та искра, которая вспыхнула между ними в поселке, погасла без следа. Может, дело было в том, что ей рассказали, как он почти в одиночку истребил всех тварей. И ее это напугало, а не восхитило. Особенно после того, как она его увидела.

«Совсем не так это выглядит в книжках про рыцарей в сверкающих доспехах. Какого черта она смотрит на меня так, будто я… Что? Или кто?»

И все равно он решил, что подойдет к ней, когда вернется в поселок. И попытается навести мосты снова. Она по-прежнему ему нравилась, хотя после всего пережитого Николай не знал, сможет ли хоть когда-то уснуть и проспать всю ночь без кошмаров.

Любой готов разделить с кем-то радость. А вот разделить чужое горе и муки – желающих обычно мало…

***После того как грузовики скрылись за пеленой надвигающегося тумана, Малютин подошел к Большеголовому, который сидел у стены и грыз руку.

Люди тоже так делают – когда хотят превратить душевную боль в физическую.

И когда мутант посмотрел на Малютина, тот внезапно увидел все. Без всякой телепатии.

Николай представил себе, как их создали. Какие муки они вытерпели в роли подопытных кроликов. И как они жили после войны. Представил, как среди них, практически диких животных, появилось одно разумное животное… точнее два, но с разными принципами. Как стая голодала и почти истощила кормовую базу. Как они нападали на деревни и тех, кто имел несчастье проходить мимо. Как в голодные годы они практиковали каннибализм.

Наверное, если бы у них было больше времени, они могли бы построить новый мир. Не хуже и не лучше людского, но другой. Но этого не случится. Мутаген превратил их в «йети», но не сделал отдельным биологическим видом. В отличие от летающих ящеров или «псов», которые могли иметь потомство.

Они, «йети» – не переходная ступень, а тупиковая ветвь. Их половые клетки не подвергались трансформации, а гибриды не могут иметь детей. Следовательно, их вид был изначально обречен. Все, что они могли, – это пытаться повторить процедуру, с помощью которой были созданы сами. Примерно так аборигены с островов Полинезии делали «самолеты» и «аэродромы» из соломы, увидев, как белым авиация привозит ценные грузы.

«Серые» пытались переливать свою кровь с помощью шприца. Но вирус давно потерял свою силу. И слава богу.