Кошка в сапожках и маркиз Людоед

– Приходите ещё, милорд, и Марлен приводите. Такая милая, хорошая девочка!..

Всё понятно. Это был сигнал юной обольстительнице. Что враги рядом и надо завязывать с нежными признаниями.

- Бедненькая, - сказала я служанке, - вы простудились? Или крошка не в то горло попала?

- Крошка, - ответила она, умудрившись покраснеть до ушей.

- Позвольте, помогу вам, - я постукала её по спине очень старательно, давая время Дайане и милорду на последние взгляды и слова.

Но тут Огрест взглянул в нашу сторону и позвал – немного раздражённо, немного устало:

- Поторопитесь, пожалуйста. Марлен пора спать.

- Всего доброго, - я в последний раз крепко похлопала служанку по спине, отчего у неё чепец съехал на лоб, взяла Марлен за руку и повела к выходу.

- Конечно, малышке пора спать, - продолжала щебетать Дайана. – Вы такой заботливый, милорд. Так приятно, когда мужчина любит детей…

- Доброй ночи, - буркнул заботливый мужчина и вылетел на крыльцо, не дожидаясь нас.

- Было очень приятно познакомиться со всеми вами поближе, - сказала я Дайане, - и вечер был чудесным.

- Рада, что вам понравилось, - она улыбнулась, но глаза остались холодными.

- А после Рождества мы ещё будем гадать? – спросила Марлен с придыханием.

- Это вряд ли, - ответила Дайана с притворным сожалением. – Боюсь, больше таких вечеров не будет…

- Почему? – удивилась Марлен.

- Потому что голова у твоего дядюшки только одна, - пропела белокурая ундина, - не будем ею рисковать.

Вряд ли девочка поняла этот толстый намёк, но он и не для неё предназначался.

- Доброй ночи, - пожелала я, и точно так же, как милорд Огрест, поспешила выйти из этого богатого дома.

Было уже темно, но на улице горели фонари. Оранжевый свет, синие тени, и лёгкий снег, который сыпался с неба серебристой пеленой – что может быть лучше вечерней прогулки?

Огрест ждал нас на некотором расстоянии. Когда мы с Марлен спустились с крыльца, он пошёл вперёд. Было видно, что ему трудно идти медленно, он то и дело оглядывался, но я не торопилась, да и Марлен тоже. Она ловила на рукавичку снежинки и поднимала голову, смешно морща нос, когда в лицо летел снег.

Мы почти дошли до замка, когда Огрест остановился, поджидая нас.

- Хочешь прокатиться с горки, Марлен? – спросил он и указал на ледяную горку, возле которой стояли широкие и низкие саночки с бархатной бахромой.

- Да, - тихо ответила она.

- Покатайся, - разрешил маркграф. – А мы с госпожой учительницей постоим здесь, посмотрим на тебя.

Марлен кивнула и пошла к санкам, втянув голову в плечи. Вид у неё был совсем не радостный. Она взяла санки за верёвочку и потащила их на горку, осторожно ступая по вырубленным в снегу ступенькам.

- Девочке надо спать, - напомнила я Огресту его же собственные слова.