Кошка в сапожках и маркиз Людоед

Моя волшебная книга лежала себе на столике – закрытая и тихонькая, и я погладила переплёт, раздумывая, какую подсказку получу в следующий раз. Я повесила пальто, пристроила шапку на настенный крюк, чтобы мех не помялся, и только тут увидела два женских сапожка, стоявших у стены. Они были сделаны из крашеной кожи – серо-голубые, как мех зимней белки, и отороченные мехом серой белки, да ещё с мехом внутри – теплым, ворсистым.

Можно было посчитать это какой-то ошибкой, но размер был явно мой.

Несколько минут я потрясённо разглядывала обувь – узкий носочек, крутой каблучок - и не знала, что делать.

Что это – подарок? Или очередная выходка моей книги?.. Но вряд ли у книги найдётся возможность прикупить парочку отличных сапог.

Я пригладила волосы и решительно отправилась в кухню, где Лоис как раз колдовала над ужином.

- Мадам, - обратилась я к ней прямо с порога, - вы сегодня заходили в мою комнату?

- Я?! – она испуганно оглянулась, но тут молоко в горшочке на печи вспенилось белой шапкой, и кухарка бросилась его спасать. – Что вы, барышня… - обжигаясь, она сдвинула горшочек в сторону, и принялась помешивать молоко длинной ложкой. – Я же не осмелюсь…

- А ваш муж? – требовательно продолжала я.

- Персиваль? – Лоис бросила в молоко кусочек сахара и поставила горшочек обратно на горячую плиту. – Да Бог с вами… Он как уехал утром, так ещё не возвращался, милорд отправил его с почтой…

- Ясно, - я развернулась и взбежала по лестнице, прыгая через две ступеньки – через три, как милорд Огрест, у меня не получалось.

Постучав в кабинет маркграфа, я услышала равнодушное «войдите» и открыла дверь. Меховой плащ грудой валялся в кресле, а Огрест как раз снимал куртку, но стоило мне войти, раздеваться прекратил, и сразу же начал перебирать какие-то бумаги, перекладывая их по столешнице туда-сюда.

- Что случилось? – спросил он хмуро.

- Сапоги, - сказала я без реверансов.

Он взглянул в мою сторону и опять склонился над столом, и этим выдал себя с головой.

- Это вы принесли сапоги в мою комнату? – я пошла в атаку и отступать не собиралась. – Имейте в виду, ни за что не поверю в призраков, которые бродят по вашему замку и воют по ночам.

- Я принёс, - сказал он быстро, даже слишком быстро.

- Зачем? – я упёрла кулаки в бока.

- Ваши красные сапоги никуда не годятся, мадемуазель, - ответил Огрест, в десятый раз начиная тасовать бумажные листы, которые, между прочим, были абсолютно пустые.

Я в три шага пересекла комнату, ладонью с размаху придавила эти дурацкие бумажки к столешнице и сердито сказала:

- Когда разговариваете с человеком, смотрите ему в глаза. Зачем вы принесли сапоги? Отвечайте немедленно! - беседовать с маркграфом в таком тоне, возможно, было неправильно, но я хотела сразу выяснить всё и до конца.