Большие люди

Ты не против?

— Да с чего мне быть против? Я вообще планирую тридцать первого пораньше спать лечь. И выспаться как следует. Так что главное — на утро сеанс не назначайте.

— Что значит — лечь спать пораньше? Что, и шампанского под бой курантов не хряпнем? Чисто символически?

— Зачем?

— Желание загадать! Неужели тебе нечего загадывать, Большой Брат?

Уже готовые сорваться саркастические слова так и остаются несказанными. А Гриша усмехается.

— Ладно, уговорил. Шампанского хряпнем. Но потом спать!

— Ну-ну, — злорадно улыбается Георгий. — А потом ты не заснешь.

— Почему?

— Потому что начнутся фейерверки!

— Черт! Вот все-таки за городом, в своем доме жить гораздо лучше.

— Гриш… — такое ощущение, что из младшего мгновенно выпустили весь воздух. — Прости меня…

— Да ладно, — у старшего голос тоже виноватый. — Ты тоже прости меня, ляпнул, не подумав. Что теперь вспоминать, дело прошлое.

_______________

— Люся, кто это был?

— Ба, я же сказала. Клиент, — Людмила убирает со стола посуду.

— Да сядь, не суетись, я сама все сделаю, — бабушка отнимает у нее чашки. — Что-то раньше к тебе клиенты на дом не являлись.

— А он ничего, — вступает в разговор мать. — Мелковат только. Зато с машиной. Кем он работает, доча? Квартира своя есть, один живет?

Началось…

— Это. Просто. Клиент, — раздельно, по словам. — Я пошла спать. Спокойной ночи.

— Спокойно ночи, Люсенька, — отвечают мать и бабушка слаженным дуэтом. И нет никаких сомнений, что в ее отсутствие состоится внеочередное заседание военного совета с отнюдь не новой повесткой дня: ""Как нам пристроить Люсю?"".

Глава 5. Большая ошибка

— Георгий, Георгий… Вы меня очень разочаровали…

— Константин Сергеевич, я все осознал!

— Ну как же так, голубчик, — врач снимает очки, трет переносицу. — Это не шутки же — такой был перелом сложный. На ноги вас поставили чудом. А вы… ну как ребенок, честное слово!

Гоша смущен. Сначала брат, потом Лютик, теперь вот его лечащий врач, заведующий травм. отделением, а также зав. кафедрой травматологии и ортопедии, Казанцев Константин Сергеевич. Все его ругают, все о нем беспокоятся. Безумно неловко.

— Рассказывайте. Что сейчас делаете?

Гоша вздыхает и подробно пересказывает Люсины инструкции.

— Так-так… Все верно. Большего трудно сделать в данной ситуации. Главное, Георгий, вот так и продолжайте. И второй курс массажа не затягивайте. Кто с вами работает?

— Простите, не понял?

— Массаж вам кто делал?

— Люся. В смысле, — поправляется, — Людмила Михайловна.

— Пахомова?

— Да, точно, — он вспоминает Люсину фамилию. — Пахомова.

— Ну, хоть тут я могу быть спокоен, — удовлетворенно кивает Казанцев. — Хоть тут за вами присмотр будет.