Волшебство любви

Она уже достаточно знала Эдварда, чтобы догадаться о том, что он не станет выходить из себя, браниться или бросаться в драку. Нет, он уходил в себя, загораживаясь стеной холодного молчания, стеной, в которой ей не по силам пробить брешь.

В этом случае она почти понимала его. Она никогда не забудет того выражения, что промелькнуло на его лице в тот момент, когда он увидел свою бывшую невесту. Леди Луиза Холстон была красива, этого у нее не отнять, но, что более важно и что делает ее поступок тем более жестоким, Эдвард действительно ее любил. Отразившаяся в его лице боль была так глубока, так интимна, что происхождение этой боли становилось очевидным. Должно быть, он доверял ей. И когда он более всего нуждался в ее поддержке, леди Луиза расторгла их помолвку и продала его скандальную тайну Грегори Слоуну. Должно быть, все произошло из-за денег. Франческа знала того мужчину, с кем была Луиза. Маркизу Колвертону было лет пятьдесят с небольшим. Гордый, высокомерный, он обладал огромным состоянием и высоким титулом. Он уже похоронил двух жен, и ему нужна была третья, поскольку сыновей у него не было — лишь три дочери. Он посещал ее салон несколько раз, когда Франческа приглашала петь давнюю подругу своей матери. Франческа не испытывала к нему антипатии, но и симпатии тоже не испытывала. Маркиз казался ей слишком расчетливым, он придавал слишком большое значение своему положению и не давал тем, кто ниже его, забыть об этом различии. Он не стоил и мизинца Эдварда. Если леди Луиза, кроме денег и титула, надеется получить от него еще и любовь, то ее ждет разочарование.

Впрочем, это не ее дело. Какая ей разница, за кого собралась выходить замуж леди Луиза? Ей абсолютно все равно… разве что тоненький голосок в голове, а может, и в сердце, радостно пел о том, что леди Луиза весьма кстати бросила Эдварда. Ее потеря обернется приобретением для кого-то другого… возможно, для нее самой. По крайней мере на время.

Они подъехали к ее дому. Лошади остановились, и карета накренилась, когда лакей спрыгнул с запяток. Эдвард вышел, когда слуга открыл дверь экипажа, и протянул Франческе руку, чтобы помочь спуститься. Он был джентльменом до мозга костей. Франческа, не торопясь, подобрала юбки. Ее личные желания вели тяжкую битву с соображениями здравого смысла и практичности, но сейчас противостоянию пришел конец. Она лгала бы себе, если бы продолжала стоять на том, что не ждала этого шанса уже довольно долго, и она даже не пыталась притвориться, что в ней достанет самодисциплины за него ухватиться.

— Вы не хотели бы зайти и выпить что-нибудь? — Она осмотрела на него снизу вверх."

"Его лицо, освещенное тусклым светом уличного фонаря, казалось каменным. На глаза падала тень от шляпы.