Невольница любви

Однако если эта плутовка Семара попробует совратить тебя, я велю задушить ее шнурком!

Баба Гассан, фыркнув, немедленно направился в покои Азуры сообщить чудесную новость.

— Слава Аллаху! — воскликнула та, хлопая в ладоши. Какое счастье, Баба Гассан! Она поистине идеальная жена для Кейнана-реиса!

— Позволь теперь досказать остальное, — перебил евнух и поведал о планах относительно гаремных женщин.

— Сейчас сама все объясню Найле и Серай, — вызвалась Азура. — Мирме же прикажу всего лишь ублажить Аруджа-агу. По-моему, она все еще питает к нему слабость, несмотря на то что прожила во дворце дея несколько лет. С Семарой же управляйся сам. Я просто теряю с ней терпение и к тому же представляю, как она разозлится, когда дей отошлет ее в гарем, не оставив на ночь.

— Я знаю, как поступить, — заверил евнух. — Главное — не задеть ее достоинство, и тогда она подчинится.

У входа в покои дея янычар приветствовали Мирма, Найла, Серай и Семара в богатых шелковых нарядах. Всякий мог бы разглядеть их лица под прозрачными покрывалами. Тут же появился улыбающийся дей, усадил Семару рядом с собой. Арудж-ага, узнав Мирму, нежно прижавшуюся к нему, удивился, поняв, что все эти женщины — из гарема дея.

— Мне подумалось, что ты, Гуссейн-ага, возможно, захочешь развлечься в женском обществе. Это невольницы из моего дворца. Рыжеволосая красотка справа от тебя — Серай. Она чрезвычайно искусна в любовных играх. Златовласка слева — милая Найла. Она ненасытна и неустанна и подарит тебе изысканное наслаждение. Моя добрая Мирма на сегодня принадлежит Аруджу-аге. Он подарил мне ее несколько лет назад, но ему будет приятно вновь оказаться с ней."

"Гуссейн-ага на мгновение лишился дара речи. Ему давно не приходилось видеть столь сочных и спелых прелестей. В ноздри ударил экзотический запах духов. Лилии и розы.

Не в силах совладать с собой, он провел пальцем по обнаженной руке Серай. Кожа, подобная шелку из Бурсы!

Женщина томно улыбнулась ему, показав ровные белые зубы. Найла, соперничая с Серай за знаки внимания» провела язычком по полным розовым губкам. У посланника янычар пошла кругом голова, а мужское естество восстало и затвердело. Но может, эти женщины — шпионки, которые попытаются выведать у него секреты?

И Гуссейн неожиданно понял, что ему все равно: полные груди Серай прижались к его торсу.

— Господин мой дей, — с трудом выговорил он, — я не заслуживаю такой чести! И никогда до сих пор не видел столь несравненных красавиц?

— Моя долгая дружба с Аруджем-агой позволила мне лучше узнать и полюбить янычар, — чистосердечно ответил дей. — Буду с нетерпением ждать твоего возвращения, Гуссейн-ага. Наслаждайся ими. Боюсь, я совершенно забыл о гареме со времени моей недавней женитьбы.