Бесконечность любви, бесконечность печали.

Поехали домой, нечего тут сидеть, не помогут нам здесь...

Покинув медицинский центр, Кира, пошатываясь, добрела до машины, сняла сигнализацию и, почувствовав, как земля уходит из-под ног, неловко бухнулась на водительское сиденье. На этот раз вакуум она перенесла тяжело - даже сознание потеряла, поки­дая оперблок. Перепуганные доктора сразу определили ее в пала­ту дневного стационара, уложили под капельницу. Но, как только немного полегчало, Кира засобиралась домой. Отпускать ее не хо­тели, пришлось писать заявление.

И вот снова состояние ухудшилось - ныл низ живота, подташ­нивало, кружилась голова. Но о том, чтобы вернуться в центр, она даже мысли не допускала. Во-первых, ничего экстраординарного, такое случается после прерывания беременности на раннем сро­ке. Во-вторых, услугами этого центра Кира пользовалась первый и последний раз и не хотела, чтобы ее здесь запомнили. В-третьих, времени в обрез: еще надо заехать в больницу к матери (звонил лечащий врач и сообщил, что ей стало чуть лучше и она хочет ви­деть дочь), успеть вернуться домой до приезда Артема и внима­тельно пересмотреть запись на диске.

Чуяло сердце: запись можно как-то использовать в своих инте­ресах. Но сначала следовало понять, для чего она понадобилась матери. Какие дела связывали ее и Обухова? Женщина в кадре особого интереса в этом плане не представляла, ее можно считать жертвой, что подтверждала и явная брезгливость на лице. Скорее всего, решала какие-то личные вопросы через интим. Время такое. Кира и сама в студенчестве получила таким образом пару зачетов автоматом.

Постепенно в голове прояснилось, и она тронулась с места. По­кинув парковку медцентра, влилась в городской поток и спустя двадцать минут оказалась уже в районе больницы. Припарко­ваться близко ко входу не получилось: то ли стройка, то ли рекон­струкция, все вокруг перерыто, перекрыто. И погода испортилась

- поднялся ветер, по стеклу забарабанили крупные капли дождя. Запросто можно простудиться в ее состоянии!

Чертыхнувшись, Кира прихватила с сиденья зонтик, пакет с ха­латом и бахилами, вылезла прямо в грязь и медленно двинулась в сторону больницы. Зайдя в отделение, она прошла мимо незнако­мой молоденькой медсестры на посту, как вдруг услышала оклик:

- Девушка, вы к кому?

- К Балай.

- У нее посетитель, подождите. Ей не рекомендованы посеще­ния сразу нескольких лиц.

Кира замедлила шаг, обернулась, окинула медсестру презри­тельным взглядом.

- Вы знаете, кто такая Людмила Семеновна? Так вот, я - ее дочь. Единственная. Вы мне предлагаете занять очередь?"

"Девушка покраснела, опустила голову.

- И все-таки... Доктор считает, что ей нельзя перенапрягаться...- залепетала она в оправдание.