Бесконечность любви, бесконечность печали.

Мать записала номер, назавтра выяснила, кому принадлежит машина, а вечером устроила дочери допрос с пристрастием: давно ли познакомилась, что ее связывает с Вадимом Сергеевичем? От неожиданности (вдруг она еще что-то знает!) Кира растерялась и пролепетала первое пришедшее на ум: познакомилась в клубе, пригласил на чашку кофе. Ни к чему не обязывающее знакомство! Мать выслушала молча, и Кира вздохнула спокойно: слава Богу, пронесло.

Но не тут-то было! Спустя пару дней Людмила Семеновна озву­чила ей новый план, в финале которого Кире предписывалось... выйти замуж за Ладышева.

«Как хочешь крутись, но упустить такой шанс ты не имеешь права! - поучала мать. - Спи с ним, беременей! Начнет отказывать­ся - я дожму. Мне он нужен! И ты будешь в шоколаде, и дети твои».

Поначалу, ошарашенно слушая мать, Кира только хлопала рес­ницами: она что, с ума сошла? Какое «замуж»? И за кого? За педан­тичного нудилу в респектабельной упаковке? Да с ним с тоски помрешь! Если бы не материальная сторона вопроса, она давно перестала бы отвечать на его звонки. Но человек-робот, как Кира окрестила про себя Ладышева, четко выполнял все пункты непи­саного договора, не скупился на премиальные.

Но как же ей было с ним неинтересно! Никаких тебе лишних эмоций, никаких душевных разговоров: постель-секс-деньги и - адью, до новой встречи. Свежее, хрустящее постельное белье, иде­ально убранная маленькая квартирка, податливая женщина-кук­ла - вот все, что ему требовалось. Словно секс придуман не для удовольствия, а исключительно для поддержания мужского здо­ровья - как в тренажерный зал сходить. И даже то, что на столике всегда стояли бутылка французского шампанского, дорогие кон­феты и фрукты, дела не меняло: всем этим Вадим ублажал скорее себя. Эстет чертов, педант! Все у него расписано по минутам, по секундам. Никаких отступлений, никаких случайностей. Ситуация под контролем в любом его физическом состоянии.

«Потренировался» в поте лица, рассчитался, вызвал для партнерши такси - и сию минуту испарился. Однажды Кире пришлось довольно быстро вернуться в квартиру за косметичкой, но Вадима там уже не оказалось, и телефон не отвечал. Только пару раз он позволял ей остаться до утра, но, опять же, не с ним, а в гордом одиночестве. Где он жил, чем занимался, оставалось тайной за семью печатями даже спустя год их знакомства. Другие мужчины хотя бы изредка чем-то делились, а у этого общение сводилось исключительно к трем пунктам их устного договора.

Иногда такое отношение сильно обижало, снижало самооценку: все-таки Кира считала себя неглупой - начитанная, образованная, знает языки. Не какая-то там провинциалка, с которой и погово­рить не о чем.