Бесконечность любви, бесконечность печали.

Подожди, сейчас запишу, - метнулась Катя к кровати, достала из пакета блокнот и ручку. - Так, повтори... Записала, спасибо... И что там у твоей Зины? Как шеф заболел ?! - присела она на кровать. - Под сорок температура и один в квартире? И она не смогла настоять?.. Я, конечно, понимаю его принципиальность, но здесь исключительный случай! - разволновалась Катя, встала, снова подошла к окну.

-      А если ему совсем плохо станет? Даже скорую некому вызвать!.. Конечно, переживаю. Я за всех хороших людей переживаю... Да, беги... Набери меня, если еще что узнаешь... Ну, как там Зиночкин шеф... И что у твоих с температурой, - спешно добавила она. - Жду звонка.

Отключив телефон, Катя так и осталась стоять у окна. Пульсировала одна-единственная мысль: «Вадим заболел... Температура под сорок... И никого в квартире...»

В сравнении с этим все остальное теряло значение.

Телефон в руке снова завибрировал.

-      Да, Арина Ивановна... Да, конечно, спасибо!.. Папочка, привет! Что у тебя новенького?.. - придав голосу бодрости, попыталась она улыбнуться. - У меня все в порядке, завтра, надеюсь, отпустя т домой... Да, мы уже обо всем договорились: сразу же в Ждановичи перееду. Будем вместе тебя дожидаться... Завтра операция, это точно? - снова напряглась она. - Согласна, докторам виднее... Все хорошо будет, я знаю... До свидания, папочка!.. Скоро увидимся!

Опустив руку с телефоном, невидящим взглядом она уставилась в темноту окна.

«Господи, сделай так, чтобы и папа, и Вадим быстрее поправились! Боженька, помоги им! Пожалуйста!..» - мысленно умоляла Катя.

Больше не у кого было просить помощи...

-      ...Вот видишь, как все расчудесно получилось! - расплылся в довольной улыбке Обухов, едва за журналисткой закрылась дверь. - Хорошая девочка, правильную статью напишет.

-      С чего ты решил? - устало потерла виски Лежнивец. - Знаю я журналюг: от них жди чего угодно. Если не подмажешь... - зло усмехнулась она. - Поулыбаются, покивают, а как напишут - мама дорогая!

-      Не беспокойся, вместо «подмазки» у тебя знаменитость из их газеты лечится. Ты видела ее глаза, когда я сообщил, что Проскурина лежит в гинекологии? И очень удачно блефанул, что именно она порекомендовала эту... как ее... Стрельникову. Как эта пигалица зарделась, видела? - рассмеялся он. - Видать, Проскурина для нее авторитет.

-      Не уверена... - не согласилась Валерия Петровна. - Зеленая она еще совсем. Ладно, ты прав, для меня важно, чтобы статья вышла именно в «ВСЗ». А если бы еще и за подписью Проскуриной..."

"-      Да не это главное, - не понял ее Обухов и посмотрел на часы. -Так... У меня времени в обрез... - с этими слова он, крякнув, встал, дошел до двери, повернул ключ и погасил свет. - Ну что? Сегодня с тебя причитается, - многозначительно произнес он.

-      Юра... Я на работе... - растерялась Лежнивец.