Серийный любовник

Сама до синевы пропилась вся. Он ее и запер затем, чтобы мать из дома последнее не пропила. Так в отчете написано. – Гуров читал материалы дела вслух, чтобы всем присутствующим слышно было. – А парень про нее просто забыл, вот она три дня в чулане и пролежала. Мертвая, заметьте. Померла она от сердечного приступа буквально через час после того, как в чулан попала. Парню просто адвокат никчемный попался, он и не собирался защищать его интересы.

– Да какие интересы, Лева! Тут ведь все совершенно прозрачно. Надоела парню мать, он ее и загубил. Потом отсидел, вышел, а старые привычки остались. И давай он девчонок почем зря к жестокой смерти приговаривать. Что там у него в мозгу заклинило, не знаю. Злоба на мать, а может, во вкус вошел. Об этом лучше штатного психолога потом спросишь. А сейчас надо думать о том, как побыстрее на Елохова выйти.

Часа два Лев сопротивлялся, и все это время Крячко один за другим выдвигал все новые и новые аргументы. Последней каплей, пробившей брешь в обороне Гурова, стало напоминание о третьей жертве, Раисе Уделяниной. Ее смерть и смерть ее нерожденного младенца выделялись своей жестокостью из всех совершенных Деятелем актов. Обречь беременную женщину и ее еще не родившегося ребенка на подобные страдания – верх цинизма. До чего еще дойдет извращенная фантазия Деятеля, если его вовремя не остановить? Какие муки и страдания заставит вытерпеть глупых влюбленных девочек? И сколько их уйдет из жизни, прежде чем Деятель по-настоящему проколется? Уж лучше сейчас ошибиться и взять не того, чем, упустив возможность, быть ответственным за новую смерть.

Против такого аргумента Гуров устоять не смог, согласился на план Крячко, но с условием, что брать Елохова они будут своими силами. Возьмут, а там уж разбираться будут, стоит ли Орлову докладывать. Крячко так обрадовался, что даже не подумал возражать. Схватил пиджак, достал из сейфа пистолет, сунул в кобуру и первым вылетел из кабинета. Адрес Елохова взяли из личного дела. Жил тот в черте МКАДа, район довольно приличный, дом многоэтажный, квартира отдельная. Доехали быстро, оставили машину прямо у подъезда, поднялись на шестой этаж.

На лестничной площадке в подъезде Елохова было всего по две квартиры. Гуров решил перестраховаться, позвонил в квартиру соседей. На звонок вышла женщина в возрасте. Лев сунул ей под нос удостоверение и потащил обратно в квартиру, а Стас, придержав дверь, нарочито громко, так, чтобы было слышно соседу, забасил:

– Ну, здорово, кума! Не ждала? Вижу, вижу, не ждала. А мы с Коляном решили сюрприз тебе устроить! Как в песне: «Самолет летит, колеса стерлися. Мы не ждали вас, а вы приперлися!» – и, загоготав во все горло, прошел в прихожую, захлопнул за собой дверь.