Освобожденный любовник

Как такое возможно? Существование совершенно иного вида с огромным количеством человеческих характеристик? С другой стороны, вероятно, именно это помогло им остаться в тени.

Джейн накрыла его грудь тонким слоем марли, которую затем обернула вокруг. Когда она закончила, пациент поморщился, и его рука, та, что в перчатке, легла на живот.

— Ты в порядке? — спросила Джейн, когда его лицо побледнело.

— Тошнит, — над верхней губой выступил пот.

Она посмотрела на Рэд Сокса.

— Я думаю, тебе лучше уйти.

— Почему?

— Его сейчас стошнит.

— Я в порядке, — пробормотал пациент, закрывая глаза.

Джейн направилась к сумке за уткой, и сказала Рэд Соксу:

— Уходи прямо сейчас. Дай мне его осмотреть. Для этого нам не нужна аудитория.

Чертов демерол. Он снимал боль, но иногда побочные эффекты доставляли немало проблем пациентам.

Рэд Сокс замешкался, пока больной не застонал и не начал вынужденно сглатывать.

— Мм, хорошо. Слушай, прежде чем я уйду, тебе принести, что-нибудь свежее, поесть? Может, ты хочешь что-нибудь особенное?

— Ты шутишь? По-твоему, я должна забыть о похищении и смертельной угрозе, и сделать у тебя заказ?

— Нет причины голодать пока ты здесь. — Он взял поднос.

Боже, этот его голос… грубый, хриплый голос с Бостонским акцентом.

— Я знаю тебя. Я определенно откуда-то тебя знаю. Сними кепку. Я хочу видеть твое лицо.

Парень взял остывшую еду и пересек комнату.

— Я принесу тебе что-нибудь поесть.

Когда дверь закрылась, и послышался шум запираемого замка, она почувствовала какое-то детское желание подбежать и заколотить по ней."

"Но тут больной застонал, и она посмотрела на него.

— Может, перестанешь с этим бороться?

— Черт… побери… — он повернулся набок, когда начались рвотные позывы.

Судно не понадобилась, потому что в его желудке было пусто. Джейн заставила себя пойти в ванную и принести полотенце, которое она положила на рот пациента. Его спазмы жалко тонули в полотенце, он схватился за грудь, как будто не хотел, чтобы открылась рана.

— Все в порядке, — сказала она, положив руку на его гладкую спину. — Ты уже вполне здоров. Шов не откроется.

— Такое чувство… будто я… черт…

Боже, он страдал: его лицо покраснело от напряжения, он весь вспотел, а тело трясло.

— Ничего страшного, просто не подавляй это. Чем меньше ты борешься с ней, тем легче тебе будет. Да… вот так… дыши между приступами. Хорошо, сейчас…

Она гладила его по спине и держала полотенце, продолжая нашептывать. Когда все закончилось, пациент лежал неподвижно, дыша через рот, его рука в перчатке сжала уголок простыни.

— Было не очень-то весело, — прохрипел он.

— Мы подберем тебе другое болеутоляющее, — пробормотала она, убирая волосы с его глаз. — Больше никакого демерола.