Мой любовник

И тут же стало ясно, кто был этот сукин сын и что он наделал.

— Вы записаны у меня на пленку, — сказал Грег фигуре.

Тихий смех фигуры заставил сердце Грега заколотиться быстрее. Низкий и холодный — это был звук убийц, перед тем, как они собирались поработать ножом.

— Да так и есть. — Этот акцент. Попробуй блядь разбери. Не Французский… не Венгерский…

Не важно. В представлении Холли он был выше и мощнее, чем на самом деле.

— Я знаю, что ты сделал. Накануне.

— Я бы предложил присесть, но как вы уже успели заметить, у меня всего одно кресло

— Не буду ходить вокруг да около. — Грег сделал шаг вперед. — Я знаю, что произошло с ней. Она не хотела вас.

— Она хотела секса.

«Говнюк».

— Она спала.

— Спала ли? — Нос ботинка закачался взад-вперед. — Внешность, как и душа — могут быть обманчивы.

— Кто черт побери вы такой?

— Владелец этого прекрасного дома. Вот кто. Я тот, кто позволил вам играть с вашими камерами.

— Что ж, а сейчас можете послать прощальный поцелуй в это дерьмо. Я больше не рекламирую этот дом.

— О, я думаю, будете. Это в вашем стиле.

— Вы нихрена обо мне не знаете.

— Я думаю иначе. Вы… как вы выразились… нихрена не знаете о себе. И к слову, она произнесла ваше имя. Когда кончила.

Это до такой степени взбесило Грега, что он сделал еще один шаг вперед.

— На вашем месте я был бы поосторожнее, — предостерег голос. — Вы ведь не хотите пострадать. А я считаюсь сумасшедшим.

— Я звоню в полицию.

— У вас нет оснований. Обоюдное согласие и все прочее.

— Она спала!

Этот ботинок переместился и топнул по полу.

— Следи за своим тоном, мальчишка.

Не успел он вспыхнуть из-за оскорбления, как мужчина в кресле наклонился вперед… и Грег потерял дар речи.

Представшее на свету, не поддавалось объяснению. Ни на одном из гребаных уровней.

Это был портрет. Из холла на нижнем этаже. Только живой и дышащий. С разницей лишь в том, что волосы не были собраны; они ниспадали на плечи, в два раза шире плеч Грега обтянутые черно-красным материалом.

О, Боже… эти глаза цвета восходящего солнца мерцали и переливались цветами персика.

До ужаса гипнотизирующие.

И да, частично безумны.

— Предлагаю, — зазвучал протяжный тон с этим странным акцентом, — покинуть мансарду и спустился вниз к своей прекрасной даме…

— Вы потомок Рэтбоуна?

Мужчина улыбнулся. Что ж, ну… было что-то не так с его передними зубами.

— Это правда, у нас есть с ним сходство.

— Господи…

— А теперь вам пора идти и закончить ваш небольшой проект. — Больше никакой улыбки, что стало небольшим облегчением. — И я испытываю желание дать небольшой совет, вместо пинка под зад. Вам лучше стоит заботиться о своей женщине, чем ранее.