Любовь со всеми удобствами

Не взглянув в сторону Синеглазкиного двора, он сразу догадался, что горит ее барахло. Карпатов поймал себя на мысли, а не заняться ли ему мистикой, и представил себя в образе мага-прорицателя. А когда он все-таки взглянул во двор Синеглазки, то основательно встревожился.

Опрокинувшийся от порывов ветра мангал с горящими головешками дымил в траве, а освобожденное пламя лизало своими рыжими языками их общий забор, на котором Синеглазка из вредности проветривала старый половик – скопище микробов и вредных бацилл, по мнению писателя. Это скопище и загорелось, задымив округу и распространяя неприятный запах. По всей видимости, у прежних хозяев на этот половик в свое время постоянно гадили кошки, вонь была такой невыносимой, что Карпатов не выдержал и бросился спасать свой забор. Синеглазка влетела во двор в тот момент, когда он, с огнетушителем в руках, тушил дымящийся мангал. Забору в это время уже ничто не угрожало.

– Вы?! – возмущенно вскрикнула Катерина. – Что вы здесь делаете?! – Когда она увидела, чем он занимается, то закричала еще громче: – Да как вы могли, завистник?! Сам не ам и другому не дам?!

– Что? – не понял писатель, но тут же приготовился к обороне. – Какие ам и не дам! Вы, голубушка, чуть не сожгли наш забор!

– Какой такой забор?! – орала Катерина, в ужасе представляя, сколько еще неприятностей должно свалиться на ее голову, прежде чем эта надоедливая творческая личность оставит ее в покое.

– Вот этот! – Карпатов выставил вперед указательный палец, и он четко уткнулся в дыру на обгоревшем половике, продолжавшем мирно висеть на почерневшем заборе.

– Зачем вы продырявили половик?! – У Катерины не было слов, чтобы описать свое возмущение.

– Чтобы вы об этом спросили, – усмехнулся Карпатов. – Взял гвоздь и от нечего делать сидел тут и ковырял ваш половик!

– Гвоздем? Вашей писательской фантазии хватило только на гвоздь?! – Катерина стащила половик и прижала его к своей груди. В принципе, это был не ее половик, а Вероники. Объясняй потом, что он пострадал от сумасшедшего писателя, который проковырял его гвоздем."

"– Безусловно, – съязвил Карпатов, израсходовав всю пену из огнетушителя, – моя фантазия с вашей не идет ни в какое сравнение! Я бы недодумался вилять своей задницей перед рогатой скотиной.

– А! – обрадовалась Катерина неожиданному открытию. – Так вы за мной следили?! У, Резидент! На какую разведку вы работаете? МОССАД? «Штази»? ЦРУ? МИ-6?

– Слабые познания, «Штази» давно не существует, – Карпатов потряс огнетушителем, и из него вылилась капля пены. С этой последней каплей закончились силы Карпатова бороться с неизбежностью. – Прекратите орать, – попросил он и направился к выходу.