Любовь со вкусом миндаля

Ник медленно разжал кулаки, выдохнул, показывая Брендону, что уже в норме.

— Пошел на хер! — бросил он сквозь зубы и, толкнув Никиаса в плечо, пошел в зал, точно зная, кем займется этой ночью.

А была ли любовь?.

Два месяца спустя.

— Проходи, — отступая от двери, пригласил Ник. — Кофе будешь?

— Буду.

Брендон двинулся вслед за хозяином, но проходя мимо приоткрытой двери в спальню, остановился, делая вид, что заглядывает внутрь.

— Неужели один?! — изумился он, присаживаясь на высокий стул. Затем бросил на стол дипломат и нарочито громко вздохнул: видимо, этим утром очередная голая красотка не продефилирует мимо, удивленно хлопая глазками и деланно прикрывая грудь, наткнувшись на его веселый взгляд, затем, обиженно фыркнув, опрометью не кинется обратно в спальню, возмутившись его предложением одолжить денег на трусы.

Брендон ничего не мог с собой поделать: какие женщины, такие и шутки. Возможно, если бы Ник попросил не забрасывать любовниц остротами, он бы попридержал не в меру разошедшееся чувство юмора, но друг на его слова никак не реагировал: с каменным лицом наблюдал за происходящим, потом выпроваживал задержавшуюся ночную гостью, а номера телефонов, которые они судорожно пытались продиктовать, забывал тут же. Если им самим плевать на собственное достоинство, то Брендону тем более.

— Я уже начал беспокоиться о твоем здоровье, столько беспорядочных свя…

— Заткнись, — Ник одним точным движением запустил в него полотенцем, прерывая на последнем слове. Брендон поймал его в дюйме от лица и громко рассмеялся. На самом деле случайных партнерш Ника он видел всего дважды, но и заходил с утра тоже пару раз, поэтому вывод напрашивался сам собой.

— Нет, ну серьезно, — смеясь продолжил Брендон, — я беспокоюсь! Если что, у меня был клиент — лучший венеролог в Нью-Йорке. Телефон дать?

Ник угрожающе сжал губы в тонкую линию, собираясь запустить в него чем-нибудь еще, но в дверь вновь постучали.

— Кто там еще, — пробурчал Ник. Не так уж много людей были внесены в список тех, кто мог беспрепятственно подняться к нему в любое время дня и ночи, но кому он понадобился в десять утра? Вариантов не было.

— Миссис Хейворт! — Брендон поднялся навстречу матери Ника, которая, буквально утонув в искренних объятиях, заулыбалась и расцеловала его в обе щеки.

— Не ждал тебя сегодня, — когда с обменом любезностями было покончено, проговорил Ник. Мать он очень любил и безмерно уважал, но сейчас отчего-то опасался и острого взгляда таких же как у него голубых глаз, и упорства, которое она демонстрировала последние недели: звонков и приглашений приехать было много, но он, ссылаясь на дела, отказывался, хотя раньше никогда не пренебрегал общением с матерью.

— Я что, не могу навестить сына? — мягко ответила Лилиан.