Любовь нечаянно нагрянет

Когда мы, оставшись вдвоем в этой кромешной темноте, неожиданно потянулись друг к другу? Глупо было бы отрицать, что я хотела этого поцелуя меньше его.

Осторожно подушечками пальцев прошла по припухшим губам, щекам, что безжалостно оцарапала мужская щетина и прикрыла глаза, чувствуя, как от стыда огнем горят уши.

— Замерзла? — вибрирующий голос Громова заставил меня вздрогнуть и почти испуганно покачать головой.

Он уселся на водительское сиденье и бросил на меня встревоженный взгляд.

— Может, здесь было бы удобнее? — рукой похлопал по сиденью рядом с собой.

Я только сильнее вжалась в кожаную обивку.

— Мне тут хорошо.

Трусливым зайцем разорвала наш зрительный контакт и почти уткнулась носом в окно.

Шурик что-то пробормотал себе под нос и медленно выехал с парковки.

Езды до моего дома всего ничего, но этот короткий промежуток времени мне показалось вечностью.

Вот уже показалась знакомая остановка, но мужчина вместо того, что бы повернуть в нужный проулок, резко прижался к обочине и, метнув на меня яростный взгляд, стремительно вылетел наружу, чтобы в следующую секунду забраться ко мне на заднее сиденье и щелкнуть блокировкой дверей. Шурик не дал даже опомниться и притянул ошарашенную меня к себе, больно и жадно впился в мой приоткрытый от неожиданности рот поцелуем.

Поначалу неловко пыталась сопротивляться, но теснота, казалось бы просторного салона, не сильно способствовала этому, а зимняя одежда сковывала и без того неловкие движения.

Мужчина не церемонился, а просто зажал мои руки между нашими телами, все пятерней зарываясь в растрепавшиеся волосы, чуть оттягивая голову назад, для собственного удобства. И вбирая с поцелуями мои протестующие вопли…

Жарко…влажно…сильно…

Поцелуй на грани наслаждения и боли.

С ума можно сойти.

Никогда бы не подумала, что под вот этим строгим фасадом может скрываться такая страстная натура.

Только, когда я перестала сопротивляться и ответила на поцелуй, он отстранился, тяжело дыша и глядя почти безумными глазами.

— Рит, я не очень умею красиво говорить, но…, – он на мгновение запнулся, гладя меня по щеке, — Как ты смотришь на, чтобы вместе отпраздновать Новый год у меня дома.

Молчу, не зная, что ответь и снова пытаюсь выбраться из его медвежьих объятий.

На этот раз он послушно, но с явной неохотой разжимает руки.

Отодвигаюсь, как можно дальше, почти прижимаясь спиной к двери.

— Рит? — негромко, но с нажимом зовет меня Шурик.

— Вы, простите меня, Александр Петрович, — почти шепчу в ответ, — Но у меня дедушка. Как же я его одного оставлю? Да и вы…поторопились, по-моему…

Мужчина напряженно хмурится, и взгляд его становится с каждой секундой все тяжелее и тяжелее.

— Не нравлюсь тебе? — прямо в лоб спрашивает он.