Я тебя прощаю. Чужая любовь

У малыша появились первые зубы, и из самого лучшего человеческого сыночка в мире, он превратился в настоящего ворчливого волчонка. Спать и есть Тема отказывался, кусал все, до чего дотягивались его пухлые ручки, и требовал, и требовал внимания."

"– Что-то не слышу я уверенности в твоих словах, – рассмеялась Миа. – Пупс, хватит кусать и мусолить мои пальцы. – Она попыталась отнять руку, но волчонок сразу отреагировал требовательным криком. – Поняла-поняла, держи, – вернула руку. – Лера, он же тебя съест.

– Уже, – пожаловалась я, собирая разбросанные вещи. – С трех до шести утра мне грызли указательный палец.

– Так, Лер, брось ты эти вещи. Иди, выспись, – скомандовала Миа.

– Ты уверена? – спросила я больше из вежливости.

Волчица закатила глаза и фыркнула:

– Иди. И не стесняйся звонить, приду и помогу.

– Спасибо. – Я скомкала собранные по кухне полотенца и окинула комнату радостным взглядом: что можно еще прихватить в стирку.

– Лер, – голос подруги нагнал меня. – Я услышу, если ты захочешь схитрить и взяться за уборку.

Я хихикнула.

– Не возьмусь.

Трехчасовой дневной сон показался невероятно сладким, душ бодрящим, и я готова была свернуть горы или хотя бы провести еще одну бессонную ночь.

Миа не только посидела с малышом, но и каким-то чудом умудрилась навести порядок на кухне и в гостиной.

– Он еще и поспал час двадцать.

– Миа, ты чудо! – Я нацеловывала пухлые щеки сына.

– Звони, – сказала на прощание подруга.

– Нет-нет, ты и так сделала очень много. – Я закрыла входную дверь за волчицей. – Ну что, идем кушать? Что будем? Смесь? Или смесь? А, может быть, смесь? – достала бутылочку. – Как твои зубки, мой хищник? – Наливала нужное количество воды.

Тема заулыбался, демонстрируя опухшие красные десна.

– Скоро будешь настоящим волком, станешь кушать мясо, а пока… вот это, – я потрясла емкостью с сухим молоком. – Кажется, тетя Миа вернулась. Наверняка, что-то забыла. Это ее стиль. – Оставила бутылочку на столе и перехватила малыша удобней.

Распахивая входную дверь, меньше всего я ожидала увидеть на пороге его.

– Ты что-то хотел? – спросила я не своим голосом.

Так странно смотреть на лицо Эрила и знать, чтоб под ним скрывается чужой человек. Наверное, я никогда не привыкну, что у моего супруга есть брат-близнец.

На вопрос Адам не ответил, продолжая сверлить меня взглядом.

– Извини, но у меня нет времени играть в молчанку, Тёме пора есть. – Я взялась за дверную ручку.

Что ему нужно?.. К чему это гнетущее молчание? Адам никогда не приходил, если Эрила не было дома. Не заговаривал со мной, здоровался короткими кивками, если мы пересекались на территории стаи или у кого-то в гостях, и, презрительно поджав губы, спешил уйти.