Люби меня полностью

— Порку осуществляют разными девайсами, иногда вообще обходятся рукой или ногой.

Я поймал испуганный взгляд Лины и покачал головой.

— Нет, не сейчас. Но ты должна знать. К тому же, шлёпают не только по попке.

Я провел гибким стеком по животу и легонько щёлкнул по нему. Потом так же легко ударил пару раз по спине, по задней и передней части бедра.

— Как ощущения? Одинаковые?

Лина замотала головой.

— Так и должно быть. И болевой порог у тебя будет разный на разных частях тела. Я сейчас не смогу проверить всё, мне тебя еще домой доставить надо, но на будущее прощупаем каждый сантиметр твоего тела.

Даже скрыть из голоса не смог предвкушающие нотки. С другой стороны, пусть знает, что ждет ее за непослушание и враньё мне.

— Я предпочитаю розги, но их нужно готовить заранее и уже знать предел нижней. Так что сегодня на расправу твоя пятая точка и стек.

Она кивнула, и я без паузы ударил сильнее по ягодицы, продолжая заглядывать в лицо. Этот удар достался ей тяжелее. Пусть без крика, но сдвинутые брови и увлажнившиеся глаза все же выдали боль."

"Я посмотрел на место удара. На коже отпечатался ярко красный след. Еще чуть-чуть вложи я в движение силы и кожу раскроило бы. То есть, выдержка у девчонки куда крепче, чем кожа. Хм…

— Еще пару таких ударов выдержишь?

Сдержанный сомневающийся кивок. В любом случае буду проверять, если я хочу ввести её в Тему, мне нужно знать, где кончается терпение и начинается боль. Не давая себе сомневаться, я еще пару раз щелкнул по ягодице и поморщился, заметив рассечение, хотя по силе удары были одинаковы.

Какая же нежная кожа, черт… В голове сразу образовался рой интересных мыслей, как с этой кожей можно поиграть. Для нее будет шоком оказаться в пузырящейся ванне… Хм… Разрисовать краской большой беличьей кистью. Да-а-а… Макать кисть между складок, потом в краску и разводить по нежной белой коже…

Очнулся от сдержанного всхлипа.

— Больно?

— Жжёт.

— Но терпимо?

Полина кивнула.

— Я думаю, мы попробуем другой инструмент, с широким концом. Лопатку.

Отложил стек и снова подумал о старом дедовском способе отшлепать рукой. В идеале, позже, так и буду ее наказывать, перекидывать через колени и брать, брать, брать… То есть, пороть. А потом брать.

Лопатка сразу обожгла нетронутую ягодицу и заставила Лину закричать.

— Так больно? — удивился я, зная, что прихлопнул слегка, не вкладывая ни грамма усилий.

— Да! Всю задницу жжёт! Лучше снова стеком.

Довольная улыбка предательски расползлась по моему лицу. Как же удачно за один сеанс я нашел идеальное физическое наказание и идеальное унижение. Лина еще не знает, но уже подписалась на розги и порку рукой.

— Значит, жжет так, что нестерпимо? — коварно переспросил я, откладывая лопатку.

— Нестерпимо.