Любимая наша

Но боюсь, что каждый из вас где-то глубоко в подсознании всё равно испытывает недовольство ситуацией. И что это недовольство будет расти и накапливаться… пока не произойдёт какой-то взрыв, после которого нам уже будет не оправиться.

− Лина, мне хорошо в этом браке. В этом можешь быть абсолютно уверена, − твёрдо произносит Сэтору.

− Но я же вижу, как вы порой раздражаетесь друг на друга. Особенно вы с Са-оиром, − поднимаю на него жалобный взгляд. – Почему между вами сложились такие неприязненные отношения?

Муж, выдохнув, отстраняется. На смуглое и по-мужски красивое лицо набегают тени, он будто замыкается в себе. Кажется, я невольно наступила на больной мозоль.

− Извини, если лезу не в своё дело, − сдаю назад. Опустив глаза, подношу к губам кубок. Будут ли они со мной когда-нибудь столь же открыты, как требуют от меня?

− Ты же знаешь, что я всего на два года моложе Повелителей? – спрашивает тихо Сэтору, заставив меня удивлённо вскинуть голову. К чему это он?

− Нет. Я… это, наверное, глупо, но я осознанно избегала информации о вашем возрасте. Поэтому не знаю, ни сколько Повелителям, ни сколько тебе.

− Почему избегала? – приходит черёд Сэтору смотреть на меня удивлённо.

− Ну-у-у, всё дело в том, что люди живут недолго по вашим меркам. И я подозреваю, что вам не по тридцать лет, а значительно больше.

− Да, больше, − усмехается муж. – Ты намекаешь, что мы для тебя слишком старики?

− Эм, ну я же говорю, что это глупо, − зажмуриваюсь покраснев. – Я ни в коем случае не воспринимаю вас как стариков. Но всё же… не знаю, как почувствую себя, если вам больше сотни, или двух. Хотя, наверное, мне всё-таки будет легче воспринять число больше сотни. Так я смогу не проводить аналогии с людьми.

− Нам больше сотни. Ненамного, − с усмешкой сообщает Сэтору. − И на самом деле, мы довольно молоды по ашарским меркам.

− И сколько вам тогда? – всё же решаюсь спросить.

− Са-оиру и А-атону сто двадцать один. Мне сто девятнадцать.

− Ого. Если упустить приставочку сто, можно считать вас совсем моими ровесниками, − замечаю весело. – Так к чему ты вёл, когда заговорил о возрасте?

− К тому, что мы трое практически ровесники. Наследники двух влиятельнейших Домов империи, по сути, будущие правители этой самой империи, они в мирском плане, я в духовном… мы были обречены на то, чтобы стать, либо друзьями, либо соперниками. Признаюсь, мне хотелось первого варианта. Но, увы, не сложилось.

− Почему? Из-за вражды между вашими Домами?

− Не только, − морщится Сэтору. – Во времена наших детских лет и юности, эта вражда не была такой явной. Всё-таки наши Дома объединяли какие-никакие родственные узы.